Кошевская А.И.
ПРИРОДНО-ОРИЕНТИРОВАННЫЙ ПОДХОД В ДЕЙСТВИИ: ЭКОНОМИКА ЗАМКНУТОГО ЦИКЛА ВОСТОЧНЫХ ВОДНО-БОЛОТНЫХ УГОДИЙ КАЛЬКУТТЫ *
Аннотация:
в данной статье прослеживается эволюция Восточных водно-болотных угодий Калькутты (East Kolkata Wetlands, EKW) — от их естественного формирования до становления уникальной глобальной моделью природно-ориентированного решения (nature-based solution) в сфере очистки сточных вод и устойчивого производства продовольствия. На основе комплексного анализа архивных документов, инженерных отчётов, научных исследований и данных экологического мониторинга реконструированы ключевые этапы развития этой социально-экологической системы.Статья описывает технологические принципы симбиотического взаимодействия природных процессов и традиционных практик, позволяющих EKW эффективно очищать до 60% городских сточных вод Калькутты, экономя городу до 100 000 долларов, при одновременном производстве 55 000 тонн овощей и 18 000 тонн рыбы ежегодно. Эта природная система служит устойчивой альтернативой энергоёмким очистным сооружениям, демонстрируя впечатляющие показатели - снижение биохимического потребления кислорода (БПК) на 80% и удаление 99% колиформных бактерий. Данный кейс имеет особую значимость как успешный прецедент для реализации Целей устойчивого развития ООН в условиях развивающихся мегаполисов, показывая возможность гармоничного сочетания экологических, экономических и социальных аспектов городского развития. Особое внимание уделяется институциональным и экологическим вызовам XXI века. Работа аргументирует необходимость срочных мер по защите EKW как объекта природного и культурного наследия, чей опыт актуален для глобального поиска устойчивых стратегий водоочистки и адаптации к климатическим изменениям.
Ключевые слова:
сточные воды, очистные сооружения, циркулярная экономика, устойчивая аквакультура, устойчивое земледелие, экономика замкнутого цикла, устойчивое развитие
Введение. В XXI веке усиливающаяся антропогенная нагрузка на экологические системы приобретает глобальный масштаб, особенно остро затрагивая развивающиеся страны. Стремясь решить экологические проблемы, многие из них обращаются к высокотехнологичным решениям, заимствованным из индустриально развитых государств. Однако такие подходы зачастую оказываются экономически недоступными, технологически сложными в эксплуатации и плохо адаптированными к местным климатическим условиям. В этом контексте особый интерес представляют традиционные экологические практики, основанные на симбиозе природных процессов и человеческой деятельности. Ярким примером такой устойчивой системы являются Восточныe водно-болотные угодья Калькутты (East Kolkata Wetlands, EKW), функционирующие более столетия. Как отмечал Гош – инженер, эколог и лауреат премии UN500, посвятивший жизнь изучению этой уникальной экосистемы, подобные решения демонстрируют более высокую эффективность в условиях стран Юга :“В тропических странах дорогие очистные сооружения с трудом справляются с удалением бактерий, кроме того водоросли становятся проблемой. А водные пути Калькутты очищают сточные воды меньше чем за 20 дней, а водоросли рыбаки скармливают рыбе, которая быстро растёт в этих богатых питательными веществами прудах”. Эти водно-болотные угодья выполняют сразу две, на первый взгляд, противоречащие друг другу функции: они одновременно служат бесплатной системой очистки сточных вод и плодородной средой для выращивания пиши. Актуальность исследования определяется практической значимостью для подходов устойчивого развития, так как демонстрация жизнеспособная альтернатива капиталоемким технологиям очистки и пример эффективного замкнутого цикла переработки органических отходов. Теоретическая ценность представляет собой развитие дискурса о традиционных экологических знаниях. Кроме того, в статье представлены технолого-методологические основания, предоставляющие возможность адаптации принципов EKW. Научная новизна работы заключается в том, что впервые в российской академической литературе подвергает системному анализу опыт East Kolkata Wetlands.1. Исторический путь развития от экологических проблем к устойчивой системеВ XVIII веке солёные озёра, лежащие в трёх милях к северо-востоку от города, были головной болью городской администрации. Разливаясь из-за муссонов в сентябре и октябре, они высыхали зимой, а гниющие растения и рыбы, «производящие постоянные и нездоровые испарения», приводили к эпидемиям и голоду. В 1770 году из-за них погибло 76 000 человек, и власти города хотели осушить их [4]. Однако перед городом стояли три более неотложные проблемы, дошедшие и до наших дней – экономическое развитие, сточные воды и бюрократия. Необходимо было наладить постоянное речное сообщение между плодородными дельтовыми регионами Восточной и Западной Бенгалии и Калькуттой, доступное даже в засушливый сезон. Для этого реку Бидьядхари, которая являлась природным источником воды для озёр, соединили искусственным каналом с рекой Хугли, а впоследствии через разросшуюся сеть каналов – и с рекой Култи. До конца XVIII века рукав реки Ганга – Бхагиратхи-Хугли – был основным каналом, и именно он привёл к процветанию городских поселений вдоль берегов. Однако со временем всё больше воды стало отводиться в рукав Падма-Мегхна Ганга, протекающий через Бангладеш, и продолжительность подачи воды в Бхагиратхи-Хугли сократилась примерно до пяти месяцев в году – с середины июня до середины ноября [5]. В то время река Хугли использовалась и как сток для городских сточных вод, и как источник питьевой воды. Безрассудство этого стало очевидным после повторных вспышек холеры. В 1869 году канализационная система была подключена к реке Бидьядхари, и ливневые, а также сточные воды из кухонь, конюшен и уборных потекли в солёные озёра, поддерживая в них уровень воды в течение всего года. По объёму трафика эта сеть торговых каналов стала одной из важнейших в мире, но это привело к непредвиденным последствиям: притоки Бидьядхари были поглощены рекой Култи, и она лишилась притока солёных вод, а увеличившаяся концентрация сточных вод вызвала заиление [3].Первые признаки серьёзного ухудшения состояния основного судоходного канала Бхагиратхи–Хугли появились в 1902 году. Однако из-за несогласованности функций и бюрократической волокиты решение вопроса затянулось на 15 лет. Поскольку корпорация была муниципальным органом, она отвечала только за сбор и транспортировку сточных вод, но не за содержание каналов: эту функцию, а также контроль финансирования осуществлял Департамент ирригации правительства Бенгалии. Департамент ирригации занимался охраной рек, обслуживанием судоходных каналов и стоков, а также сбором доходов и утверждением расходов. У корпорации не было данных о состоянии каналов, так как это было ответственностью Департамента ирригации, а тот уделял гораздо больше внимания судоходству, поскольку вопросы городских стоков выходили за рамки его компетенции. Хотя уже в 1913 году стало понятно, что река скоро станет бесполезна в качестве русла для канализации Калькутты, усилия по её восстановлению начались лишь в 1918 году. Правительство потратило необычайно много времени на обдумывание плана действий, что позволило этой быстро деградирующей приливной реке достичь точки невозврата. Это обернулось кошмаром для корпорации Калькутты, потому что, помимо отвода городских стоков, Бидьядхари также обеспечивала дренаж для территории в 518 км². В экстренном порядке был построен новый канал к реке Култи. Его завершили в 1945 году, и этот отводной путь остаётся действующим до сих пор [7].Следующий этап развития водно-болотных угодий стал чистой случайностью. В 1930 году местный землевладелец Бхабанат Сен, владевший несколькими рыбными фермами, по ошибке слил сточные воды в свои пруды. Он ожидал катастрофы, но вместо гибели рыбы стоки удвоили его урожай. Вскоре другие рыбные хозяйства последовали его примеру, и были созданы новые [9].Возможно, до 1981 года никто больше не задавался вопросом, куда исчезают сточные воды, потому что, когда инженеру-плановику штата Дхрубаджьоти Гошу поручили исследовать работу очистных сооружений в Калькутте, выяснилось, что их попросту не существует – но и проблем с отходами тоже не было. Проследив путь водоотводных каналов, он обнаружил не зловонные отстойники, а озёра и фермы, где выращивают овощи и рыбу для города. Методом проб и ошибок местные жители разработали систему, которая превращает сточные воды в более чем 55 000 тонн овощей, 18 000 тонн рыбы, 250 тысяч тонн кислорода ежегодно и обеспечивает средства к существованию для 200 000 человек. Эта еда свежая и дешёвая, поскольку транспортные расходы практически отсутствуют: её доставляют на велосипедах с ферм, расположенных близко к центру города.Согласно исследованию Калькуттского университета (2017), система водно-болотных угодий бесплатно перерабатывает около 60% сточных вод Калькутты, экономя городу более 100 миллионов долларов в год. Кроме того, эти угодья собирают излишки воды во время муссонов, предотвращают наводнения, поглощают парниковые газы, охлаждают город в жару и служат защитой от пожаров.Многогранные экосистемные услуги водно-болотных угодий – борьба с наводнениями, пополнение грунтовых вод, очистка сточных вод – делают их одной из самых ценных экосистем мира, обеспечивающих услуги на сумму 15 000 долларов США/гектар/год [7]. И всё это – за треть стоимости обычной станции очистки сточных вод.Водно-болотные угодья Восточной Калькутты также жизненно важны для экологического здоровья города. «Они поглощают углерод и способствуют фильтрации воздуха. Углерод связывается с почвой и живыми организмами – растениями и животными, составляющими экосистему EKW. Без этого механизма около 60% углерода попадало бы в атмосферу», – отметил Судин Пал, исследователь с кафедры химической инженерии Университета Джадавпура. Кроме того, каждый квадратный метр водной поверхности способен вырабатывать почти 24 грамма кислорода в минуту благодаря фотосинтезу водорослей, макрофитов и других водных растений. Для сравнения: человеку требуется около 2,1 грамма кислорода в минуту, а значит, один квадратный метр может обеспечить кислородом более 10 человек. Без этой экологической функции качество воздуха в Калькутте было бы значительно хуже [11].2. Симбиоз природы и технологии. Затраты и ответственность администрации города заканчиваются на сбросе сточных вод в специально отведенных местах на водно-болотных угодьях. Затем кооператив рыбаков отделяет густую загрязненную воду от поверхностной воды: более чистая вода стекает в обширное водно-болотное угодье, а сточные воды попадают в сеть прудов очень мелкой глубины, чтобы сквозь них могли проходить солнечные лучи, где за счет симбиоза UF излучения, водорослей и бактерий подвергаются разложению в ходе комплексного биоочистного процесса. Какой глубины должен быть пруд, сколько нужно сточных вод, когда они будут готовы для безопасного выращивания рыбы, когда добавлять икру - каждый из этих аспектов важен для баланса системы.Для запуска биофильтрации рыбаки подготавливают свои пруды, известные как бхери. Сначала вода из пруда полностью сливается, после чего обнажённое дно очищается, вспахивается и посыпается известью. Использование извести в процессе подготовки пруда приводит к значительному снижению уровня фекальных колиформ на 96–99%. Затем высеваются семена колючей сесбании. Через несколько месяцев, когда растение вырастает, пруд вновь наполняется сточными водами, где они стабилизируются в течение 15–20 дней. С этого момента запускается синергетическое взаимодействие бактерий и водорослей. Сточные воды, содержащие органические вещества, нитраты, фосфаты и фекальные массы с аэробными бактериями, затапливают сесабанию. При разложении растений в воде начинают интенсивно развиваться водоросли. При наличии большого количества солнечного света они фотосинтезируют, производя кислород, который используется бактериями для окисления органики. Побочным продуктом является углекислый газ, который, в свою очередь, снова поглощается водорослями — тем самым поддерживая их бурный рост. Уже через несколько дней на поверхности пруда появляется густое цветение зелёных водорослей, которое не только обогащает воду кислородом, но и создаёт питательную среду, богатую планктоном, необходимым для кормления рыбы. Кроме того, особую роль в этом процессе играет водяной гиацинт — растение, часто считающееся инвазивным. Однако рыбаки научились использовать его в свою пользу: выстилая берега пруда, водяной гиацинт своими густыми корнями предотвращает эрозию каналов, поглощает тяжёлые металлы (включая ртуть и свинец), а также избыточные количества азота и калия, обеспечивает тень для рыб в жаркие месяцы и служит источником питания для некоторых видов. [10] Весь процесс подготовки пруда занимает 30–45 дней. Как только цвет воды меняется с черноватого на зеленоватый из-за роста водорослей, а сама вода становится прозрачнее по мере существенного повышения уровня растворенного кислорода (DO), в пруд выпускаются мальки рыб. Они питаются планктоном и перерабатывают другие органические вещества, ещё больше очищая воду, а когда рыба насытится, вода сбрасывается по сливным каналам и используется для орошения ферм. Такой подход по восстановлению ресурсов позволяют выращивать рыбу с доходностью от 2 до 4 раз выше, чем у обычных прудов. Пруды для созревания также помогают в круговороте питательных веществ: в январе один раз в 3-4 года за счет естественного испарения пруды поочередно оставляют сухими, а на дне, ставшим богатым питательными веществами, выращивают овощи. Основные моменты для успешной реализации модели:1) Требование неглубоких прудов/прудов глубиной 3–4 фута для успешного проникновения солнечного света на дно. 2) Место должно получать много солнечного света для роста планктона из питательных веществ в сточных водах. 3) Пруд/пруды должны иметь дренажные трубы поблизости для приема сточных вод. Должна быть постоянная подача сточных вод с высоким содержанием питательных веществ, чтобы минимизировать использование вторичного корма. Сточные воды (1–10%) поступают в пруды в течение всего периода выращивания. 4) Для аквакультуры максимально допустимые значения — pH: 8,5, щелочность: 200 мг/л, жесткость: 300 мг/л. Уровень растворённого кислорода должен быть не менее 5–6 мг/л. [16]Вода, прошедшая такой цикл очистки, практически такого же качества, как и на стандартных городских очистных сооружениях: биохимическая потребность в кислороде (БПК), показатель органического загрязнения, снизилась более чем на 80 процентов, колиформные бактерии были удалены на 99,28%, аммонийный азот на 80,38%, фосфаты на 90%. [17] Несмотря на периодические паники в СМИ по поводу употребления в пищу рыбы, выкормленной сточными водами, исследования показывают, что потребление рыбы из Восточных водно-болотных угодий Калькутты (EKW) также безопасно и эффекты бионакопления металлов в мышечной ткани находятся в пределах безопасных уровней для потребления, рекомендованных ВОЗ/ФАО. [6] Модель Калькутты по выращиванию рыбы, питающейся сточными водами, используется в ряде индийских городов, включая Нагпур, Ченнаи и Бхопал. Фактически, городское рыбоводство Калькутты стало настолько известным как потенциальное решение для устойчивого производства продуктов питания, что иностранные правительства ищут советы о том, как создать аналогичные аквакультурные предприятия. «Теперь эту технологию используют в Бангладеш, Пакистане, Мьянме, Таиланде и даже Германии и Франции», — говорит Гош. [13]3. Хрупкий баланс: факторы риска для водно-болотных угодий. Несмотря на все преимущества, есть много свидетельств что, находясь на границе растущего мегаполиса, EKW сталкивается с постоянной угрозой разрушения из-за сжимающегося вокруг него кольца недвижимости и производств. В 1960-х около половины водно-болотных угодий все же засыпали, для того чтобы построить новый пригород Солт-Лейк-Сити. К нему была проведена обходная дорога, разрезающая естественный водосброс озер и останавливающая поток ливневых вод в водно-болотные угодья. EKW защищает город от наводнений за счет того что наклон суши направлен на восток вода неизбежно стекает к заболоченным местам под действием силы тяжести и они действуют как естественная губка, впитывая излишки дождевой воды. Ченнай, потерявший 87% своих озер, является ужасающей иллюстрацией того, к чему может привести дальнейшее заливание болот бетоном. В его окрестностях 2 десятилетия назад было 650 водно-болотных угодий, собиравших в себя воду во время муссонов и сохраняющих ее на засушливые времена. Сейчас осталось только 27 и город сталкивается с последствиями в виде чередующихся наводнений и засух. Однако это не останавливает, тех кто заботится о краткосрочной выгоде больше, чем о долгосрочных последствиях. Несмотря на то, что в начале 1990-х годов, в ответ на петицию, поданную некоммерческой организацией «Люди, объединившиеся за лучшую жизнь в Калькутте» (PUBLIC), Высокий суд Калькутты запретил любое изменение землепользования в пределах 12 500 гектаров водно-болотных угодий, за последние 30 лет водно-болотные угодья Восточной Калькутты потеряли 36% своей общей площади – с 65 300 кв. км в 1991 году до 42 000 кв. км в 2021 году. [12] В 2002 году им был присвоен статус Рамсарской конвенции, но лишь 50,58 км 2 из 125 км 2 признаны охраняемыми, кроме того, Рамсарская конвенция носит добровольный характер и ООН не играет особой роли в обеспечении защиты признанных объектов. Лишь спустя два десятилетия после того, как водно-болотные угодья Восточной Калькутты были объявлены объектом Рамсарской конвенции, Управление водно-болотных угодий Восточной Калькутты (EKWMA) наконец приступило к демаркации водно-болотных угодий, чтобы устранить юрисдикционную двусмысленность, особенно в периферийных районах, где посягательства процветают. Хотя закон от 2006 года, строго запрещает изменение характера земли или изменение режима использования, однако с 2005 по 2011 год почти 10 процентов земель EKW были преобразованы в городские поселения. Как это возможно? Например, административная ловкость рук - перемещение водно-болотной территории в другой округ, который квалифицировался как находящийся за пределами водно-болотных угодий и, следовательно, на нем можно строить. За это время количество рыбных ферм сократилось с 264 в 2002 году до 202 в 2014. Старожилы говорят, что из-за постройки дороги цены на землю резко поднялись и еще в 1990-х годах возник синдикат недвижимости. Банды, работающие на застройщиков, используют запугивание, разрушают пруды перекрывая воду или крадут рыбу, лишая рыбаков средств к существованию и вынуждая продать землю. Команда отдела охраны окружающей среды KMC обнаружила 5 прудов, из которых откачали воду, а затем замуровали гофрированными листами, но из-за атмосферы страха рыбаки отказываются подавать заявления в полицию, так как минимум 3 рыбаков, так и не нашли после их обращения к властям. [15] Несколько NGO в содружестве с местными жителями работают над решением проблем через суд. Но между подачей иска и заседанием может пройти больше года, и даже после вынесения вердикта суда, приведение его в реальность может затягиваться или игнорироваться. В июле 2022 года были снесены несколько несанкционированных построек. Первая жалоба по этому случаю была подана в 2012 году: в то время из пруда была откачана вода. Реальные действия начались после обращения высокопоставленного бюрократа, который получил фотографии последнего вторжения от жителя многоквартирного комплекса на окраине EKW. После этого KMC и полиция Калькутты предложили логистическую поддержку EKWMA в течении 3 дней. До этого жалобы пылились. В январе 2023 после второй жалобы от Управления по управлению водно-болотными угодьями Восточной Калькутты ( EKWMA ), полиция остановила незаконную постройку моста, который перекрывал канал для отходов, что угрожало разрушить два-три крупных пруда и повлиять на 60 других, на которых проживает почти 2000 человек. Остановив постройку, полиция оставила строительный мусор в пруду, что привело к сужению русла. В июле суд постановил восстановить канал в его первоначальное положение в течении 3 месяцев. А уже к декабрю работы по строительству моста через канал были возобновлены: тяжелая землеройная техника сбрасывала мусор обратно в канал, чтобы сузить его ширину, а через водоем прокладывали бетонные трубы. Представители KMC по охране окружающей среды и культурному наследию заявили, что выполнили приказ и снесли постройку, а если будет еще одна попытка, вопрос будет снова рассмотрен. Проблема в том, что у экосистем нет того запаса времени, который любят бюрократические процедуры. Местные жители считают, что пруд, в котором за 9 месяцев из-за проблем со сточными водами было прекращено рыбоводство, будет засыпан, а земля превращена в коммерческое использование. Десять лет назад, после аналогичной ситуации, стена, построенная вокруг пруда, была разрушена, но водно-болотные угодья все равно были потеряны навсегда. Сохранение ландшафта водно-болотных угодий не обязательно гарантирует сохранение его экохарактеристик, продуктивность рыболовства во многом зависит от наличия сточных вод в прудах. Хрупкая цепочка взаимозависимостей, однажды нарушенная, влияет на всю систему через последовательность множителей, и первоначальный экобаланс может быть практически невозможно вернуть. По иронии судьбы, несмотря на значительный рост городского населения, фермеры часто жалуются на недостаток сточных вод. Исследование, проведенное Creative Research Group в 1997 году показало, что почти 57 процентов активного рыболовства жаловались на острую нехватку канализационных стоков в течение года. Современные инженерные исследования указали и на другие причины проблем, с которыми сталкиваются EKW, наиболее важной из которых является необходимость реконструкции канализации викторианской эпохи, которая до сих пор проводилась только частично из-за нехватки средств. Также необходимо очистить от ила водоотводящие каналы. Обычно это делается каждые 10 лет по частям, но граждане Калькутты не понимая последствий, выбрасывают твердые отходы в каналы, что делает техническое обслуживание непреодолимой задачей. Попадая в пруды этот мусор забивает каналы и уменьшает приток воды в Бхерис. Из-за изменения скорость течения реки и уровня воды каналы имеют пониженную грузоподъемность. Обильное отложение ила в прудах для аквакультуры также влияет на естественный уклон сточных вод в прудах с рыбой и затрудняет работу системы.Опрос, проведенный группой действий по охране окружающей среды Обществом творческих возможностей и экосистем участия (SCOPE) среди 1662 домохозяйств, показал, что из-за снижения производительности и доходов из коренного населения примерно половине уже пришлось сменить сферу деятельности. Другая половина, которая по-прежнему связана с традиционным образом жизни, постоянно сомневается в выживании водно-болотных угодий и экосистемы. Если традиционные методы использования сточных вод и люди, готовые этим заниматься исчезнут, то же самое произойдет и с водно-болотными угодьями. Одним из аргументов с требованием уступить земли водно-болотных угодий, также являются исследования, указывающие на растущую токсичность тяжелых металлов в воде и накопление загрязняющих веществ в рыбе и овощах. По словам инженера из Управления развития Нового города Калькутты в марте 2023 года Совет по контролю за загрязнением приказал не сливать неочищенную воду в EKW, так как сточные воды стали настолько токсичны, что уничтожают полезные бактерии в водно-болотных угодьях. Однако это не решает проблему обычных жителей города, а лишь играет на руку торговцам недвижимостью. Обвинения в повышении токсичности воды были категорически поддержаны Гошем, который подтверждал, что проблема действительно существует, но виновником ее являются неочищенные сточные воды 538 кожевенных заводов и 5500 промышленных производств. Еще одной ядовитой частью системы является 35 гектарная свалка. В середине 1800-х годов среди соленых озер была выделена земля под экспериментальную мелиорацию и поскольку мусор был в значительной степени органическим, плодородие почвы улучшилось и это помогало плодородию почвы. Сегодня 5000 тонн мусора ежедневно продолжают сбрасываться в Дхапе, но состав этих отходов изменился с преимущественно органического на токсичный. Чиновники Калькутты говорят, что перегруженная свалка Дхапа находится на грани обрушения, так как его возможности приема были рассчитаны на 2500 тонн твердых бытовых отходов.[14] Администрация много лет обещает ее убрать и возможно в последние годы, появился прогресс: при поддержке проекта Всемирного банка 12 гектаров территории были закрыты геотекстильной мембраной. А после петиции поданной защитником окружающей среды Субхасом Даттой в мае 2019 года в NGT, суд распорядился к августу 2024 года устранить оставшиеся на 23 гектарах примерно 4 миллиона тонн с помощью биомайнинга – процесса извлечения металлов, представляющих экономический интерес, с помощью микроорганизмов. [1] С задержкой из-за пандемии Covid работа началась в июле 2021 года. Последние документы правительства штата, от апреля 2023 года, показывают, что за полтора года с августа 2021 года по февраль 2023, около 20% от четырех миллионов тонн отходов было переработано, т.е скорость переработки составляет примерно по 1,5 тонн в день. Для того, чтобы избежать штрафов и уложиться в установленную дату к июню 2024 года, переработка остальных 3,22 миллиона тонн должна происходить со скоростью 6.6 тонн в день. Учитывая ежедневно появляющиеся новые 5 тонн, труд выглядит Сизифовым. Ранее трибунал уже дважды оштрафовал BMC за неспособность оцепить зону захоронения отходов и остановить загрязнение прилегающих водоемов токсичными фильтратами. [12]Все это время гора продолжает кровоточить. По данным World bank, поток воды с тяжелыми металлами, свинцом, ртутью и никелем, стекают с северо-западной стороны свалки на сельскохозяйственные поля приблизительно на 300 м от свалки на запад, где расположены фермерские поля. Исследование 2010 года показало, что содержание в овощах различных тяжелых металлов превышало нормы ВОЗ и они не были пригодны для потребления человеком. В 2017 году Geological Survey of India проанализировали почвы Дхапы и овощи с 12 рынков Калькутты. Анализ почв показал максимальную концентрацию свинца в почве в среднем 475,85 мг/кг, при разбросе от 197,09 мг/кг до 800,39 мг/кг. В образцах овощей в Дхапе средняя концентрация свинца составила 16,83 мг/кг, что более чем в 6 раз превышает 2,5 мг/кг, установленные Положением о безопасности и стандартах пищевых продуктов Индии. [9] В исследовании основной причиной загрязнения был признан атмосферный свинец, выделяемый дизельными автомобилями, доля которых в Калькутте доходит до 60% и рекомендовалось использовать экологически чистую энергию в транспортных средствах. Однако с вершины мусорной горы открывается вид на еще один важный источник: горящий мусор и густые клубы дыма вырывающиеся из недр свалки. Свалка регулярно горит с 2014 по 2019 пожар бушевал непрерывно, и был признан основным фактором, резкого ухудшения уровня загрязнения воздуха в Калькутте. Причиной горения является метан, который образуется внутри свалки, когда органические отходы разлагаются без контакта с воздухом под слоями нового мусора, накапливаясь в больших количествах, он может самовоспламениться. Дым, выделяющийся от горящего мусора, содержит коктейль вредных химических веществ: углекислый газ, оксиды серы и азота, PM2,5 и PM10, которые разрушает эндокринную систему, могут вызывать множество респираторных заболеваний и рак. Если бы мусор сортировался, то органические отходы продолжали удобрять землю ферм или могли использоваться в качестве сырья для производства чистой энергии, которая необходима городу. На деле же наряду с микроорганизмамами, сортировку осуществляют местные жители. Большую часть жителей Дхапы составляют далиты, более известные как неприкасаемые, которые мигрировали из бедных и кастовых деревень, а также из Ориссы, Бихара и Уттар-Прадеша. Здесь же после объявления Независимости нашли приют беженцы из соседнего Бангладеша. Часть из них является фермерами, которые из-за недостатка пресных вод, ведущих к засолению почвы и снижению урожайности вынуждены совмещать сельское хозяйство со сбором мусора и металлолома. Делая эту грязную работу по переработке мусора в опасных для здоровья условиях, они обслуживают город, но в ответ получают лишь пренебрежение и обвинение в воровстве. Несмотря на огромный экологический вклад в устойчивость города, ни социальная ни медицинская помощь не распространяется на них, никто не ведет их учет, их работа нелегальна, и они должны оставаться невидимыми. Бизнес по приему пластика и металлов налажен и приносит прибыль, но только его организаторам и криминальным группам. Исследование водно-болотных угодий Восточной Калькутты выявило, что на международно признанной Рамсарской территории действуют 603 несанкционированных объекта и более половины из них занимаются сортировкой и переработкой пластика. Одна из женщин, принимавших участие в исследовании of Urban Slums of Global South, начавшая работать как собиратель мусора 23 года назад и создавшая свою собственное производство по переработке, признавалась, что должна еженедельно платить местным хулиганам и их наемникам для того, чтобы сохранить бизнес в безопасности: «Наши гонорары определены и установлены. Полицейский участок, РПФ и местный головорез — каждый получит свою долю». [2] Город тем временем теряет эти деньги и здоровье своих жителей. В настоящее время в Дхапе и окрестностях проживает более 30 000 человек. Средняя продолжительность их жизни 50 лет. Но повреждение легких не ограничивается людьми, живущими на окраинах Дхапы. Широкая часть населения Калькутты подвержена влиянию этого коктейля ядовитых газов, особенно зимой, когда дуют северные ветры, они разносят ядовитые пары по всему городу и передают Калькутте пальму первенства в номинации «Город с худшим качеством воздуха в мире».Заключение. Проведенное исследование Восточных водно-болотных угодий Калькутты (EKW) демонстрирует выдающийся пример успешной интеграции природных процессов и человеческой деятельности в создании устойчивой системы управления отходами и производства продовольствия. Этот уникальный симбиоз, сформированный на основе традиционных экологических знаний, представляет собой эффективную альтернативу традиционным энергоемким методам очистки сточных вод, демонстрируя при этом впечатляющие экологические и экономические результаты: очистку 60% городских сточных вод с 80% снижением БПК и 99% удалением колиформных бактерий при одновременном производстве 55 000 тонн овощей и 18 000 тонн рыбы ежегодно. Модель EKW воплощает принципы циркулярной экономики, трансформируя отходы в ресурсы, обеспечивая средства к существованию для местного населения. Однако, несмотря на устойчивость в течении долгого времени, система сталкивается с серьезными угрозами - потерей 36% территории с 1991 года, промышленным загрязнением и управленческими вызовами. Глобальная значимость EKW заключается в демонстрации возможности гармонизации экологических, экономических и социальных аспектов городского развития, что особенно актуально для реализации ЦУР ООН в развивающихся мегаполисах. Для сохранения этого уникального наследия требуются срочные меры: усиление правовой защиты, совершенствование управления, контроль загрязнения и интеграция традиционных знаний с современными технологиями мониторинга. Опыт EKW убедительно доказывает, что природно-ориентированные решения способны сочетать экологическую эффективность с экономической выгодой, предлагая ценную модель для поиска устойчивых стратегий развития перед лицом климатических изменений и нарастающих экологических вызовов современности.
Номер журнала Вестник науки №6 (87) том 3
Ссылка для цитирования:
Кошевская А.И. ПРИРОДНО-ОРИЕНТИРОВАННЫЙ ПОДХОД В ДЕЙСТВИИ: ЭКОНОМИКА ЗАМКНУТОГО ЦИКЛА ВОСТОЧНЫХ ВОДНО-БОЛОТНЫХ УГОДИЙ КАЛЬКУТТЫ // Вестник науки №6 (87) том 3. С. 209 - 227. 2025 г. ISSN 2712-8849 // Электронный ресурс: https://www.вестник-науки.рф/article/24234 (дата обращения: 11.02.2026 г.)
Вестник науки © 2025. 16+