Мансурова П.К.
ПРОЦЕСС ГАРМОНИЗАЦИИ И УНИФИКАЦИИ ТРУДОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ЕАЭС В ОБЛАСТИ ТРУДОВОЙ МИГРАЦИИ С ВОЗМОЖНОСТЬЮ ПРИМЕНЕНИЯ ОПЫТА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА *
Аннотация:
российское законодательство, посвященное вопросам трудовой миграции, требует соотнесения не только с нормами национального права, но и наднационального регулирования миграционных процессов, предусмотренных Договором о ЕАЭС. С целью выработки наиболее эффективной политики в сфере трудовой миграции Россия должна определить наиболее эффективное направление сближения российского законодательства с евразийским по направлению унификации, гармонизации или проведения скоординированной политики. Возможность определения верного интегративного пути в области трудовой миграции возможна на основе опыта ЕС, проводящим единую политику в области трудовой миграции.
Ключевые слова:
ЕАЭС, ЕС, интеграция, трудовая миграция, гармонизация, унификация, скоординированная политика, иностранные работники
В основе существования Евразийского экономического союза не лежит идея создания наднационального интеграционного правового акта, который создал бы единую базу для регулирования трудовых отношений в государствах-членах [1, с. 4-10]. Стоит отметить, что государства ЕАЭС обладают тождественными механизмами регулирования трудовых отношений в силу совместного исторического прошлого и добрососедских отношений в настоящее время. Особенно актуальным для государств-членов ЕАЭС становится поиск перспективных путей гармонизации союзного законодательства и учет наилучшего законодательного опыта регулирования трудовой миграции [2, с. 50-53]. Данный процесс актуален и для России как для государства-члена ЕАЭС, национальное законодательство которой может быть гармонизировано или унифицировано в соответствии с положениями Договора о ЕАЭС, понимающего под гармонизацией сближение законодательства государств-членов, которое направленно на установление схожего нормативного регулирования в некоторых областях, в том числе под унификацией — сближение законодательства государств-членов, направленное на установление схожих механизмов правового регулирования в отдельных направлениях (ст. 2 Договора).Консультативное заключение Большой коллегии Суда ЕАЭС от 30.10.2017 по делу P-3/17 определило, что в рамках интеграционного объединения осуществляется скоординированная, согласованная и единая политика, обосновывающая различную степень единообразия правовых норм государств-членов в различных направлениях [3]. Каждая из данных характеристик может быть более подробно раскрыта: проведение скоординированной политики осуществляется на основе общих подходов и принципов, выработанных в ст. 3 Договора о ЕАЭС, согласованной политики — в рамках гармонизации законодательства государств-членов, единой политики — в рамках унификации. На данном этапе государства-члены ЕАЭС проводят скоординированную политику в сфере трудовой миграции, так как государства активно сотрудничают по направлениям регулирования трудовой миграции, организованному набору и привлечению работников государств-членов ЕАЭС, признанию квалификационных дипломов и сертификатов, созданию единых стандартов социального обеспечения (п. 1-3 ст. 96 Договора), которое обеспечивается путем выработки общих подходов в миграционной сфере, обмена нормативными правовыми актами, проведением взаимных мероприятий по повышению квалификации кадров. Следовательно, миграционная сфера в ЕАЭС далека от гармонизированного подхода, хотя данное направление позволило бы избежать формирования различной правоприменительной практики и правовых коллизий. М.В. Егиазарова, М.В. Лушникова, К.С. Раманкулов, К.Л. Томашевский в качестве перспективного и целесообразного подхода выделяют унификацию, которая заложит фундамент для выделения и развития евразийского трудового права, которое будет представлено в виде упорядоченной системы интеграционных норм, сформулированных на основе наилучшего законодательного опыта государств-членов ЕАЭС с учетом международных стандартов в сфере миграции [4, с. 171], [5, с. 395]. Полезными на данном поприще будут попытки поиска наиболее эффективных способов сближения трудового законодательства ЕврАзЭс, например, Договор о Таможенном союзе и Едином экономическом пространстве от 26.02.1999, содержавший меры по координации деятельности по подготовке проектов законодательных актов, международных договоров, модельных актов (абз. 2 ст. 56 Договора), Рекомендации по гармонизации трудового законодательства государств-членов ЕврАзЭС, утвердившие создание модельного рекомендательного Трудового кодекса ЕврАзЭС, создание Основ трудового законодательства ЕврАзЭС прямого действия, а также внесение изменений в действующие трудовые кодексы государств-членов ЕврАзЭС с целью создания единых условий использования и привлечения иностранных трудовых ресурсов [6], [7].Р.Ш. Давлетгильдеев и С.Ю. Головина в своих трудах затрагивают вопрос о возможности применения опыта Европейского союза в области свободного передвижения трудовых ресурсов в рамках ЕАЭС. Отвечая на данный вопрос, стоит признать, что Договор о ЕАЭС предполагает создание аутентичной интеграционной модели, отличной от модели Европейского союза [8, с. 595-607], [9, с. 81-82]. Нужно начать с того, что истоки европейской и евразийской интеграции были заложены в различных политических условиях. Так, инициатива создания Европейского союза зародилась после Второй мировой войны, чтобы объединить усилия изначально суверенных европейских государств в недопущении новой войны и создать европейскую идентичность, которая проявилась в том числе и в создании единого европейского рынка труда в рамках введения Голубой карты ЕС (EU Blue Card), удостоверяющей право высококвалифицированных работников государств-членов ЕС на трудоустройство в большинстве стран союза, расширения Болонского процесса, направленного на установление единых стандартов высшего образования и качества квалификаций во всех странах ЕС, создания общеевропейских цифровых платформ, позволяющих работникам отслеживать доступные вакансии в государствах ЕС, например, European Employment Services (EURES), а также узнавать информацию о своих трудовых правах, например, Your Europe [10, с. 94-110], [11], [12]. Несколько иную ситуацию можно наблюдать в ЕАЭС: до 1991 г. страны данного интеграционного объединения входили в одно государство, СССР, поэтому все постсоветские страны являются выходцами из единой правовой системы, в том числе и трудового законодательства, основывавшейся на Конституции 1977 г., Основах законодательства СССР и союзных республик о труде 1970 г. и практически идентичных республиканских кодексах о труде, не противоречащих общесоюзному трудовому законодательству. На рубеже нового тысячелетия постсоветские независимые государства встали перед необходимостью укрепления социально-экономической стабильности и взаимосвязей друг с другом, в связи с чем были созданы такие интеграционные союзы как Содружество Независимых Государств (СНГ), Центрально-Азиатское сотрудничество (ЦАС), Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС), Евразийский экономический союз (ЕАЭС), так или иначе регламентирующие вопросы трудовой миграции между странами-членами интеграционных объединений. ЕАЭС как интеграционное объединение создавалось в условиях существования режима, не требующего получения визы, между большинством постсоветских стран, относительно слабого контроля над миграцией с усложненной процедурой получения разрешений на трудоустройство, существенной долей нелегальной трудовой миграции и периодическими попытками ужесточить правила пребывания и трудоустройства иностранных граждан и лиц без гражданства.Начать сопоставление европейского и евразийского подхода к трудовой миграции стоит с того, что Договор о ЕАЭС заменяет дефиницию «трудящийся-мигрант», отраженную в Соглашении «О правовом статусе трудящихся-мигрантов и членов их семей» от 19 ноября 2010 г., на «трудящийся государства-члена», отмечая аутентичность евразийской интеграционной модели и возможность свободного передвижения работников внутри ЕАЭС. Ст. 1 Регламента 492/2011 ЕС определяет термин «работник», которым является гражданин государства-члена, вне зависимости от места постоянного проживания, имеющий право осуществлять трудовую деятельность на территории другого государства-члена, причем данное понятие признано автономным, то есть подлежащим применению только к трансграничных отношениям, а не внутренним санкциям [13], [14, с. 115]. Договор о ЕАЭС делает акцент на законности пребывания трудящегося государства-члена, при этом в ЕС существует широкий подход в области свободного передвижения — оно возможно не только для работников, но и для неработающих лиц (пенсионеров, студентов, граждан третьих стран, которые законно проживают на территории принимающего государства). Договор о ЕАЭС отмечает временный характер присутствия иностранных граждан на территории государства-члена (п. 5 ст. 97 Договора о ЕАЭС), в это время Директива 2004/38/ЕС не ограничивает срок нахождения иностранных работников на своей территории, поощряет постоянное проживание работников из других государств-членов. Директива 2008/115/ЕС от 16.12.2008 признает незаконно пребывающими граждан третьих стран, если они больше не отвечают условиям въезда на территорию Европейского союза, при этом в Соглашении о нелегальной трудовой миграции такое условие отсутствует. Европейский и евразийский подходы к принципу недискриминации иностранных работников также разнятся: евразийский подход направлен на приоритетное использование внутринациональных трудовых ресурсов, закрепленный в абз. 2 п. 1 ст. 18 ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», ч. 3 ст. 3 ТК РФ, не признающей дискриминационными ограничения и запреты в отношении иностранных граждан и лиц без гражданства, предусмотренные федеральным законом, Договор о функционировании Европейского Союза закрепляет запрет дискриминации по принципу гражданства и не предусматривает исключений из данного правила (ст. 18 и 45).Можно говорить о том, что Договор о ЕАЭС и Договор о функционировании ЕС, а также Директивы ЕС имеют общую цель — создание единых стандартов и подходов к регулированию трудовой миграции в аспекте интеграционных объединений. Договор о ЕАЭС учел опыт ЕС в регулировании свободного передвижения работников государств-членов европейской интеграции, а также успешно перенимает практику ЕС в области создания цифровых платформ для трудоустройства иностранных граждан и лиц без гражданства, предоставления статуса «гражданина союза», признания дипломов и сертификатов об образовании, предоставления социальных льгот, что наиболее ярко проявляется во взаимоотношениях Российской Федерации и Республики Беларусь в рамках Союзного государства [15]. Трудоправовые компаративисты высказывают различные мнения по поводу соотношения европейского и евразийского союзов: Б. Пиркер и К. Энтин отмечают, что ЕАЭС представляет собой ранний этап развития ЕС до появления общеевропейского гражданства, М. Бентон и М. Петрович считают, что опыт ЕС может уберечь ЕАЭС от совершения интеграционных ошибок, А. Цибулина подчеркивает сходство экономических задач по созданию единого рынка труда как одной из интеграционных свобод, которые ставят перед собой ЕАЭС и ЕС, С.Ю. Головина и Н.Л. Лютов говорят о значительных различиях норм трудового законодательства двух интеграций, метафорично называя их зеркальными отражениями друг друга [16, с. 508-532], [17], [18, с. 81].В данный момент ЕАЭС придерживается проведения скоординированной политики в области трудовой миграции, но в перспективе данный вектор развития Союза может смениться на реализацию унификационных процессов, которые требуют взаимного обмена успешным законодательным опытом между государствами-членами. Такими примерами может послужить опыт Армении, которая участвует в Модуле по трудовой миграции, организованном Международной организацией труда и направленной на разработку унифицированной законодательной терминологии, основанной на статистических данных трудовой миграции, а также Казахстана, законодательство которого оперирует дефиницией «внутрикорпоративный перевод работника», допускающей временный перевод иностранного работника-руководителя организации, находящейся под юрисдикцией государства-члена ВТО, в казахстанский филиал или представительство этой организации. Решение Высшего Евразийского экономического совета № 37 возложило реализацию полномочий Комиссии по вопросам трудовой миграции на Министра по экономике и финансовой политике, но для обеспечения всестороннего рассмотрения всех проблем и вопросов трудовой миграции, обмена полезным законодательным опытом стоило бы привлечь к такой деятельности и ученых в области трудового права и международного частного права. Государствам-членам ЕАЭС также необходимо выработать единую интерпретацию термина «иностранный работник» и «трудящийся-мигрант», чтобы понятие «трудящийся государства-члена», закрепленное в Договоре о ЕАЭС, нашло свое отражение в законодательстве каждого государства в рамках Союза, не носило бы исключительно декларативный характер, а могло найти свое отражение в рамках единого унифицированного подхода к трудовой миграции. Наряду с термином «иностранный работник» и «трудящийся-мигрант» не выработан единый евразийский подход к понятиям «член семьи», «работодатель», «внешняя трудовая миграция», не обозначены сферы действия трудового и гражданско-правового договоров, что также требует пристального внимания к себе с целью осуществления унификации законодательства ЕАЭС в области трудовой миграции. Таким образом для того, чтобы унифицировать евразийское законодательство в сфере трудовой миграции, необходимо преодолеть существенные расхождения в национальных законодательствах, принимать унификационные акты в рамках институтов ЕАЭС (указания, регламенты, инструкции и т.д.), организовывать совместные консультации в рамках органов ЕАЭС [19, с. 172-178].
Номер журнала Вестник науки №6 (87) том 3
Ссылка для цитирования:
Мансурова П.К. ПРОЦЕСС ГАРМОНИЗАЦИИ И УНИФИКАЦИИ ТРУДОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ЕАЭС В ОБЛАСТИ ТРУДОВОЙ МИГРАЦИИ С ВОЗМОЖНОСТЬЮ ПРИМЕНЕНИЯ ОПЫТА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА // Вестник науки №6 (87) том 3. С. 650 - 659. 2025 г. ISSN 2712-8849 // Электронный ресурс: https://www.вестник-науки.рф/article/24290 (дата обращения: 13.01.2026 г.)
Вестник науки © 2025. 16+