Таминдарова П.С.
КОМПЬЮТЕРНАЯ И ИНТЕРНЕТ-ЗАВИСИМОСТЬ: АНАЛИЗ И СИСТЕМАТИЗАЦИЯ СУЩЕСТВУЮЩИХ ПОДХОДОВ К ПРОБЛЕМЕ *
Аннотация:
в статье проводится теоретический анализ актуальных научных исследований, посвященных проблеме зависимости от компьютеров и интернета. Выделяются ключевые особенности различных методологических подходов. Также предпринимается попытка систематизировать существующие исследования и классифицировать научные методы, применяемые для изучения интернет-зависимости. Автор выделяет несколько подходов: нозологический, когнитивно-бихевиоральный, социально-психологический и диалектический. Обосновывается важность выбора подхода, который наилучшим образом соответствует целям и задачам социальной психологии в контексте изучения как интернет-зависимости, так и зависимого поведения в целом. По мнению автора, наиболее подходящим является диалектический подход, который объединяет результаты исследований в рамках социально-психологической области и акцентирует внимание на выявленных противоречиях феномена интернет-зависимости, особенно на компенсаторном характере интернет-деятельности у людей, находящихся в трудных жизненных условиях.
Ключевые слова:
интернет-зависимость, компьютерные игры, онлайн-игры, интернет-деятельность, психологическая зависимость, зависимое поведение, психология зависимости
Интернет-зависимость является относительно новой проблемой, и за 20 лет психологи накопили значительный опыт в этой области. Существует множество точек зрения на данную проблему, некоторые из которых противоречат друг другу. Однако современные исследования выявляют определенные тенденции, такие как использование интернета для социализации людей с ограниченными возможностями здоровья.Чрезмерная активность в интернете наблюдается и у здоровых людей, которые могут проводить дни за онлайн-играми. Тем не менее, говорить о зависимости в традиционном смысле пока преждевременно, так как многие критерии зависимого поведения, применимые к алкоголикам или наркоманам, не подходят для геймеров. Это подчеркивает важность анализа опыта и определения актуальных направлений в исследованиях зависимого поведения.Первые исследования компьютерной зависимости. Исследование М. Шоттона, проведенное в конце 1980-х годов среди более 100 программистов и пользователей, стало одним из самых детальных по изучению компьютерной зависимости [10]. Используя психологические тесты и опросники, исследование показало, что зависимость чаще встречается у высокообразованных мужчин среднего возраста (около 30 лет), работающих в научных и технических сферах. У зависимых участников был ниже процент женатых и имеющих детей. Многие из них имели высокий IQ и принадлежали к сообществу «Mensa». Их интерес к технике возник еще до знакомства с компьютерами, а использование устройств позволяло компенсировать отсутствие контроля в других сферах жизни, особенно в социальных отношениях.Ш. Текл также исследовала освоение компьютеров разными возрастными группами и отметила важность контроля над устройством. Она выделила два стиля работы с компьютером: «жесткий», акцентирующий контроль, и «мягкий», более интуитивный и учитывающий индивидуальные предпочтения. Эти стили отчасти соотносятся с различием между программным и аппаратным обеспечением.Таким образом, психологический механизм формирования компьютерной зависимости у подростков, предпочитающих «жесткий стиль», можно кратко охарактеризовать следующим образом: когда молодые люди с высоким уровнем интеллекта не могут добиться доминирования в личных отношениях или социальной жизни, они делают рациональный выбор в пользу времяпрепровождения и самореализации за компьютером.Такой выбор подразумевает отказ от социальной жизни в пользу новых технологий и компьютерных приложений, что требует значительных временных и физических затрат. Однако результаты этих усилий предсказуемы, в отличие от непредсказуемого поведения окружающих. Таким образом, интерес к предсказуемым и положительным результатам логично заменяет социальные аспекты жизни, которые могут привести к неудачам. Это формирует зависимость, основанную на стремлении к самоуважению и положительным эмоциям.Участников исследования М. Шоттон больше интересует сам процесс, чем его результаты, что указывает на процессуальную мотивацию. Им необходима интеллектуальная стимуляция: их увлекают мифология, астрономия, философия и искусство. Особое увлечение проявляется в любительском театре, который позволяет им самовыражаться.По мнению А.Е. Войскунского, программистов и пользователей сложно классифицировать как зависимых в традиционном смысле, это скорее люди с ограниченными интересами, увлеченные работой с компьютером и недооценивающие другие сферы жизни. Проблемы во взаимоотношениях с окружающими возникают из-за их непредсказуемости.Постановка проблемы интернет-зависимости. Первые исследователи зависимости от компьютеров и интернета рассматривали эти явления как заболевания, основываясь на симптомах, что можно назвать нозологическим подходом. В 1994 году К.С. Янг выделила несколько типов зависимостей, таких как киберсексуальная зависимость и компульсивный веб-серфинг. Термин «зависимость» был введен А. Голдбергом в 1995 году по аналогии с химическими зависимостями, хотя это изначально была шутка. В 1997 году М. Гриффитс включил интернет-зависимость в категорию технологических зависимостей, считая их разновидностью поведенческих зависимостей с характерными компонентами, такими как «сверхценность» и конфликты с окружающими [9]. Исследования 1997-1999 годов выявили признаки соматического неблагополучия, определяя зависимость по наличию трех или более физиологических симптомов.В 1998 году М. Орзак разделила симптомы интернет-зависимости на психологические (например, эмоциональное возбуждение и игнорирование обязанностей) и физиологические (например, боли в спине и нарушения сна). Однако нозологический подход подвергся критике, Л. Холмс указывал на поспешность диагностики интернет-зависимости по соматическим признакам, так как различные виды онлайн-активности могут иметь разный уровень патологического потенциала.В 2000 году К.С. Янг представила трехуровневую модель интернет-зависимости ACE, выделяя три причины ее возникновения: A (Accessibility) – легкий доступ к информации, C (Control) – возможность контролировать действия и анонимность общения, E (Excitement) – эмоциональный подъем от интернет-активности. Она описывает интернет-зависимость как сложное явление, связанное с психологическим эскапизмом, особенно у людей с психопатологическими чертами.В.А. Бурова утверждает, что интернет-зависимость формируется у людей с предрасполагающими характеристиками или у тех, кто уже имеет другую зависимость. В ее исследовании был установлен низкий уровень распространенности зависимости – 2%. Она считает, что зависимые могут переключать свою привязанность, когда предыдущий объект не удовлетворяет их потребности. Бурова также указывает на влияние созависимого поведения в семьях.И.В. Запесоцкая и В.Б. Никишина подчеркивают, что созависимость — это форма зависимости от другого человека, а не от вещества или деятельности. Они отмечают, что черты зависимой личности могут развиваться в семье через манипуляцию и контроль. Ранние исследования показывают, что желание контроля как со стороны людей, так и компьютера связано с зависимым поведением.Таким образом, вскоре после начала обсуждения проблемы интернет-зависимости среди ученых наблюдается тенденция к применению альтернативных подходов в исследованиях.Социально-психологический подход к изучению проблемы. А.Е. Войскунский отмечает, что к началу XXI века в зарубежных исследованиях наблюдаются качественные изменения в подходах к интернет-зависимости [2], которые теперь рассматриваются с социально-психологической точки зрения. Исследователи задаются вопросом, является ли Интернет достаточной средой для формирования зависимости или же используется людьми с предрасположенностью к аддикциям. Этот вопрос становится ключевым для будущих исследований, охватывающих специфику Интернета и характеристики пользователей.А.Г. Асмолов (2004) подчеркивает, что психологическая привязанность к объекту зависимости формируется раньше, чем физиологическая. В связи с этим определения аддиктивных патологий все чаще сближаются с поведенческими зависимостями, включая зависимость от Интернета [1].К. Суррат и К. Мюррей (1998–1999) предлагают альтернативный взгляд, выступая против «медикализации» интернет-зависимости, считая, что она не представляет серьезной проблемы и не отличается от других форм социального взаимодействия. Они признают эскапическую функцию Интернета, но придают ей положительный смысл.Некоторые исследования в рамках социально-психологического подхода выявили доминирующие мотивы пользователей: коммуникативный, рекреационный и социальный, что стало основой для дальнейших работ о характеристиках интернет-зависимых пользователей.В исследовании выявлены следующие особенности испытуемых: 96% имеют проблемы в общении и образе Я,55% испытывают трудности с принятием своего физического Я,35% сталкиваются с проблемами в непосредственном общении,30% склонны к интеллектуализации,32% ощущают одиночество и недостаток взаимопонимания,85% имеют одну фрустрированную потребность, 35% — две и более,55% компенсируют тревогу бунтарством,40% ценят независимость.Большинство участников проявляют завышенные требования к себе и другим, что указывает на инфантильный уровень самооценки. Анализ интернет-зависимости среди студентов МГИМО показал, что мотивы общения и чувство одиночества связаны с дискомфортом при отсутствии доступа к Сети. Р.Ф. Теперик и М.А. Жукова отмечают, что пользователи с интернет-зависимостью испытывают проблемы в коммуникации из-за эмоциональной нечувствительности и эгоцентризма, что делает интернет-общение компенсаторным механизмом [7]. У испытуемых наблюдаются шизоидные черты личности, такие как трудности в распознавании невербальных сигналов и восприятии критики. Эти особенности могут указывать на влияние семейных отношений на развитие шизоидных черт и связанных с ними проблем в будущем.Исследование отношений в семьях людей с интернет-зависимостью выявило несколько характерных черт:Низкий уровень заботы и чувства принадлежности.Недостаточное выражение эмоций и отсутствие конфликтов.Ограниченное поощрение самостоятельности и самоутверждения.Низкое уважение к этическим ценностям и слабая активность в общественной жизни.Недостаточное участие в активном отдыхе и спорте.Низкая организованность в семейной жизни.Эти особенности подтверждают, что семейные отношения могут формировать определенные личностные черты, способствующие дезадаптивным стратегиям поведения. Среди интернет-зависимых выделяются следующие черты:Эмоциональная отстраненность.Проблемы с самооценкой (недифференцированная самооценка, негативизм, инфантильность).Трудности в коммуникации.Социальная фрустрация.Эти характеристики указывают на взаимосвязь факторов, способствующих интернет-зависимости. Стремление преодолеть социальный дискомфорт может приводить к эмоциональной привязанности к интернет-взаимодействию как способу избежать психологического дискомфорта, что может быть темой для дальнейших исследований.Когнитивно-бихевиоральная тенденция в исследованиях использования интернет-ресурсов. Исследования, основанные на когнитивно-бихевиоральном подходе к интернет-зависимости, отражают ключевые тенденции в психологии. В рамках этой парадигмы разработаны теоретические модели, объясняющие формирование зависимого поведения в интернете. Когнитивно-бихевиоральная модель Р.А. Дэвиса (1999) делит патологическое использование интернета на два типа: специфическое (например, увлечение эротическими сервисами или онлайн-играми) и генерализованное (полная утрата смысла онлайн-деятельности) [8]. Дэвис выделяет несколько категорий поведения пользователей:Нефункциональное поведение, связанное с зависимостью от интернета.Функциональное использование с элементами злоупотребления.Обращение к сексуально-эротическим ресурсам или стремление к социальным связям.Минимальное использование из-за разочарования.Формирование зависимости связано с сочетанием жизненных условий личности (социальные и межличностные отношения, психопатологические симптомы) и стрессом, вызванным особенностями интернет-взаимодействия, что позволяет рассматривать модель в контексте социально-психологического подхода.А.Г. Асмолов и его коллеги предлагают интегративную модель интернет-зависимости [1], основанную на концепциях информационного стресса и коммуникативных расстройств В.А. Бодрова. Эта модель обосновывает нейропсихологический подход к изучению зависимого поведения, утверждая, что не только интернет способствует его развитию, но и люди с предрасположенностью к аддикциям используют сеть для реализации своих тенденций. Методологической основой служит деятельностный подход А.Н. Леонтьева.Исследователи выделяют характерные черты интернет-взаимодействия: анонимность, отсутствие невербальной коммуникации и нарушение временной перспективы, что влияет на межличностные отношения и приводит к смещению фокуса субъекта с социально ориентированных смыслов на внутренние. Одной из причин этого процесса является общий когнитивный дефицит и изменения в общении.Авторы предполагают, что в процессе формирования интернет-зависимости происходит смещение мотивации на цель, когда способ действия становится самостоятельной целью. Однако модель больше описывает влияние интернета на психику, чем объясняет все причины зависимости.Кроме теоретических моделей, в когнитивно-бихевиоральном подходе проводятся исследования когнитивных и поведенческих особенностей пользователей интернет-активностей. Киберпсихология изучает влияние использования компьютеров и интернета на психику и личностные особенности человека.Диалектический подход: противоречия феномена интернет-зависимости и их взаимосвязь. Критика нозологического подхода Дж. Грохол (1999) заключается в недопустимости сравнения интернет-зависимости с другими зависимостями. Он предлагает модель, основанную на циклической природе человеческой активности, где после восторга от Интернета (enchantment) наступает период разочарования (disillusionment), и затем человек находит баланс (balance). Фаза восхищения может восприниматься как зависимость, а затяжка на одном из этапов связана с индивидуальными чертами и социальной средой. Грохол акцентирует внимание на социализации как ключевом факторе формирования интернет-зависимости и ее компенсаторном характере, связанном с особенностями интернет-коммуникации.С.А. Белозеров также подчеркивает компенсаторный аспект интернет-деятельности, особенно в контексте онлайн-игр (ММОРПГ) [4], указывая на их роль в социализации и личностной реализации для людей с ограниченными возможностями здоровья. Он считает, что деятельность в онлайн-играх является производительным процессом, а не просто игрой. Это мнение перекликается с точкой зрения И.Е. Гутмана, который рассматривает компьютерные игры как новую интерактивную форму искусства, где человек является активным участником [3].Н.В. Кочетков, анализируя зависимость от онлайн-игр, опирается на теорию деятельности А.Н. Леонтьева и подчеркивает важность социальных факторов и групповой динамики, а также эскапистский характер игровой активности. Он считает, что сдвиг мотивации на цель может способствовать формированию этой зависимости [6]. В своей работе по профилактике компьютерно-игровой зависимости у подростков он обращает внимание на современные социально-экономические изменения и формализацию образования.Философ М.А. Греков рассматривает отчуждение и потребительское отношение к жизни в современном обществе, отмечая их роль в развитии эскапического поведения, включая увлечение виртуальной деятельностью [5]. Также стоит отметить исследование мотивации игроков в ММОРПГ «Аллоды Онлайн», которое показало высокий уровень стремления к самореализации.Н.С. Шадрин и Е.Н. Осин выделяют две парадигмы анализа отчуждения в психологии: гегелевско-марксистскую и экзистенциально-гуманистическую. Шадрин определяет отчуждение как состояние, при котором мотивация и другие личностные структуры человека «захвачены» факторами, влияющими на его существование в социуме, что ведет к дистанцированию от различных сфер активности. Этот подход объединяет оба направления и представляется многообещающим для анализа зависимого поведения.Исследования показывают связь между отчуждением и мотивами к употреблению алкоголя, что может подразумевать, что увлечение онлайн-играми является современным способом преодоления отчуждения. Общие позиции исследований указывают на эскапический характер интернет-зависимости как следствие социально-экономического отчуждения. Однако термин «зависимость» часто воспринимается негативно, хотя диалектический подход позволяет рассматривать увлечение виртуальными мирами как ответ на неудовлетворенные потребности в обществе. Это открывает возможность изучения зависимого поведения как глобальной проблемы современности.Заключение. Ключевые аспекты исследовательских подходов к интернет-зависимости можно выделить следующим образом. Первые работы М. Шоттон и Ш. Текл рассматривали личностные характеристики пользователей компьютеров в период до широкого распространения Интернета [10]. Нозологический подход, представленный К.С. Янгом, М. Орзаком и М. Гриффитсом, трактует интернет-зависимость как болезнь с симптомами, схожими с химическими зависимостями, связывая её с личностной патологией.Социально-психологический подход критикует медикализацию интернет-зависимости, указывая на влияние социального окружения и самих интернет-сред. Исследования в этой области рассматривают личностные черты зависимых и их социальные связи.Когнитивно-бихевиоральный подход, включая теорию информационного стресса, применяется для изучения взаимодействия с интернет-ресурсами, однако не всегда объясняет зависимое поведение.Диалектический подход акцентирует внимание на противоречиях в феномене интернет-зависимости и его связи с социально-экономическими и индивидуальными характеристиками. Разнообразие аддиктивных расстройств и отсутствие универсальных критериев ставят под сомнение целесообразность термина «зависимость» в лечении и профилактике. В социальной психологии более уместным может быть термин «увлеченность интернет-деятельностью».
Номер журнала Вестник науки №12 (93) том 3
Ссылка для цитирования:
Таминдарова П.С. КОМПЬЮТЕРНАЯ И ИНТЕРНЕТ-ЗАВИСИМОСТЬ: АНАЛИЗ И СИСТЕМАТИЗАЦИЯ СУЩЕСТВУЮЩИХ ПОДХОДОВ К ПРОБЛЕМЕ // Вестник науки №12 (93) том 3. С. 1205 - 1216. 2025 г. ISSN 2712-8849 // Электронный ресурс: https://www.вестник-науки.рф/article/27636 (дата обращения: 10.02.2026 г.)
Вестник науки © 2025. 16+