Научный журнал «Вестник науки»

Режим работы с 09:00 по 23:00

zhurnal@vestnik-nauki.com

Информационное письмо
  1. Главная
  2. Архив
  3. Вестник науки от 12 июля 2026 г.
  4. Научная статья № 34
Просмотры  5 просмотров

КРИЗИС НОРМ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ: ИСТОКИ, СУЩНОСТЬ, ПЕРСПЕКТИВЫ

Аннотация: в работе дан философский анализ ситуации кризиса норм в современном глобальном обществе. Проанализированы его истоки и последствия. Раскрыто содержание текущей ситуации в науках о человеке. В контексте изучаемой проблемы рассмотрены сущность и роль принципа плюрализма.

Ключевые слова: нормативный кризис, нравственность, плюрализм, традиционализм, антитрадиционализм.

В январе 2026 года генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш заявил о кризисе мирового порядка, указав на тенденцию преобладания в международных отношения силы над правом. По его словам, это приводит к «эпидемии безнаказанности», которая подрывает глобальную безопасность [1]. За прошедшее с момента заявления Гутерриша время, в мире случилось достаточно событий подтверждающих тревожное настроение по поводу эрозии международного права, достаточно упомянуть события на Ближнем Востоке. Для понимания возможных перспектив и того, как следует действовать, чтобы избежать полного международно-правового хаоса необходимо выявить истоки данного явления.

С нашей точки зрения кризис мирового порядка, о котором говорит Гуттериш, является последствием активно идущего в элитах западного общества отказа от традиционных нравственных норм, в результате чего они постепенно перестают выполнять свою стабилизирующую функцию. Этот процесс влияет не только на область международного права, но и на другие сферы общественной жизни, затрагивает общество в целом. Смотря на ситуацию концептуально, можно сказать, что в настоящее время в области наук о человеке идёт борьба двух ценностно-этических систем, являющихся противоположными по своим базовым основаниям и представлениям. Условно говоря, их можно обозначить как, с одной стороны, систему традиционную и, с другой, – современную западную, антитрадиционалистскую, корни которой уходят, в том числе, в философию постмодернизма, с её борьбой с нормативностью и с идеей об онтологической незыблемой истине.

В основании традиционной этической системы лежат три взаимосвязанных базовых элемента. Во-первых: вера в наличие высшего по отношению к человеку и миру духовного начала, во-вторых: вера в то, что человеческое существование, не ограничивается рамками этого земного мира, что смерть – это этап, переход, а не конец существования человека, в-третьих: признание наличия незыблемых нравственных норм и того, что посмертная судьба человека зависит от его поступков (нравственного выбора) совершённых в земной жизни. Традиционное общество видит ценности в таких качествах человека как честь, верность, жертвенность, готовность защищать свой народ, не жалея собственной жизни. Именно эти качества рассматриваются как достойные для человека, а тот, кто их проявляет максимально, прославляется в веках как народный герой.

Идейными основами антитрадиционной системы формально является во-первых: отрицание наличия высшего, сверхчеловеческого трансцендентного начала (иначе говоря – материалистичность, одномерность), во-вторых: утверждение равнозначности всех представлений о мире (плюрализм), в-третьих: провозглашение человека высшей ценностью (антропоцентризм). Как же на практике работает эта модель? Что значит для человека на практике признать себя высшей ценностью и действовать как высшая ценность, при этом считая себя исключительно материальным существом, жизнь которого ограничивается промежутком от рождения до смерти? В первую очередь такое самопонимание приводит к доминированию потребительских настроений и стремлению к наслаждениям и комфорту.

И это логично, ибо, если жизнь – это жизнь тела, а Бог и душа – это всего-лишь выдумки богословов и «опиум народа», то глупо себя ограничивать и чем-либо жертвовать, наоборот, нужно, пока ещё жизнь не завершилась, успеть «взять от жизни всё». Такой подход приводит к постепенному размыванию и деградации нравственных норм, поскольку, если выше человека нет ничего (и никого), нравственность теряет объективность своего обоснования, перестаёт быть онтологическим элементом бытия. С другой стороны, поскольку высшего объединяющего начала не признаётся, то в таком обществе ведущими объединительными механизмами становятся механизмы так или иначе приложимые к человеческой телесности – деньги (дающие возможность получения материальных благ и удовольствий) и страх возможного наказания. Патриотизм, верность, жертвенность и честность в обществе не признающим ничего выше человека, постепенно теряют моральную поддержку и требуют для своего сохранения использования материальных стимулов.

Логика движения гуманитарных идей на Западе такова, что в данный момент мы наблюдаем явный отказ от когда-то традиционного для Запада теоцентризма с его признанием наличия онтологических незыблемых нравственных норм во имя признания высшей ценностью человека, а точнее – во имя человеческого своеволия. Человек Запада, выражаясь словами Достоевского, захотел пожить «по своей глупой воле», отказался от веры в трасцендентное и представил себя себе как природное, исключительно материальное (телесное) существо, основным занятием и смыслом существования которого является потребление. Ярким проявлением и иллюстрацией такой антропоцентричной рациональности является ситуация связанная с Джеффри Эпштейном и практиками, имевшими место на его знаменитом острове. Особенно характерно то, что в эти практики была включена именно высшая элита западного общества.

Максимально материально и властно обеспеченные субъекты захотели максимально разнообразных наслаждений, что вполне логично с точки зрения одномерной материалистической парадигмы. Как мы отметили выше одним из фундаментальных концептов современной западной модели является принцип плюрализма, провозглашающий равнозначность всех мировоззренческих представлений и концепций. Ни одна вера, ни одна картина мира не может считаться истинной, так говорят сторонники плюрализма, который уже при ближайшем рассмотрении, не выдерживает критики. Его опровергает обычная практика жизни.

Любые ситуации нравственного выбора, в которых человек оказывается практически ежедневно, предполагают наличие нескольких путей выхода из них. И человек в здравом уме всегда действует целенаправленно и ценностно-ориентированно, – выбирая способ действия в соответствии со своим мировоззрением. Согласно же принципу плюрализма, все решения равнозначны, потому, что все мировоззрения равнозначны. В случае признания истинности плюрализма (что уже было бы не плюралистичным) верность и предательство, добро и зло, правда и ложь становятся равнозначными, а значит, отменяются, как таковые, все нравственные понятия и нормы.

Человек, вдруг решивший действовать по принципу плюрализма, окажется в положении буридановой ослицы, умирающей от голода между двух одинаковых копн сена. То есть плюрализм на практике, как образ жизни – невозможен, это обманка. Ни один плюралист не живёт плюралистично. Хотя бы потому, что он настаивает на истинности плюрализма, а значит, утверждает, что принцип плюрализма истинен.

Получается, что плюрализм отрицает сам себя, ибо, если все веры равнозначны, то почему необходимо принимать веру в плюрализм как единственно истинную? Так что же такое плюрализм на самом деле и какую роль он выполняет? У принципа плюрализма есть две стороны. С одной стороны плюрализм – это не скромное сомнение, не скепсис, это философия человека, не желающего терпеть никакие барьеры на пути собственного своеволия, ведь если нет неправильного, то значит потенциально можно всё, и в перспективе все практики можно объявить приемлемыми и допустимыми.

С другой стороны интересен ещё один момент. Плюрализм – как теория – направлен против господства какого-то одного представления о жизни, против утверждения истинности одной веры (правда, при этом, неявно утверждая веру в плюрализм) и морали. Плюрализм борется против абсолютности именно идей, представлений о мире, нравственных ценностей и критериев, но не отрицает материальность мира, не отрицает, что один килограмм золота по массе и ценности не равен двум килограммам золота, не отрицает наличия физического уровня бытия, в том числе представление о человеке как о теле. То есть, отрицая наличие незыблемых нравственных ценностей и запрещая человеку верить в правильность того или иного смысла жизни, в правильность определённого способа человеческого бытия, плюрализм допускает только один легитимный подход к реальности и к действию в ней – физический, силовой, количественный.

Но ведь за этим тоже есть своё мировоззрение. В данном случае, во-первых, человеку предлагается поверить в то, что он – существо исключительно материальное, физическое, и, следовательно, жить нужно ради комфорта и наслаждения, а во-вторых источником норм в таком мире может быть только что-то физическое, силовое. Получается, что плюрализм, оставляя только материальные, физические, явления, ценности и критерии, является проводником материалистического подхода к жизни и способствует материализации человеческого мышления. Элиминируя понятие истины плюрализм, не затрагивает понятие силы, следовательно, единственным источников норм в этом случае неявно признаётся сила.

То есть плюрализм выгоден тому, кто сильнее, ибо он, изымая из сознания человека понятия истинности и правильности, борясь с ними, неявно оказывается провайдером права силы. Представляя жизнь человека как промежуток от рождения до смерти, а самого человека – исключительно как тело, антитрадиционализм уничтожает в человеке стремление к нравственной работе над собой. Потребление и наслаждения становятся основным содержанием жизни, а её смыслом – улучшение качества потребления и качества (и количества) наслаждений. В стремлении к осуществлению этого смысла человек начинает воспринимать других людей «прагматически» – как инструменты достижения свих целей.

Получается, что активно навязываемая всему миру, современная западная антитрадиционалистская модель приводит к материализации, обеднению и примитивизации социально-политической жизни, к постановке на первое место в системе ценностей комфорта, наслаждений, материальной выгоды, а на политическом уровне – к установлению в мире жёсткой монополярной системы финансово-политического господства. Мировая элита обладая финансовой, политической, экономической, информационной силой и влиянием приписывает себе «право на всё» через установление и навязывание другим удобных для себя «правил», при этом оставаясь, как сказал Гутерриш, в зоне «безнаказанности». Как откровенно выразил это Дональд Трамп: «Мы являемся единственной силой в мире, которая способна гарантировать мир во всем мире. И это достигается просто, с помощью силы» [2].

Интересно, что изначально принцип плюрализма рассматривался многими философами «как принципиально позитивный феномен, так как расставание с единым означает избавление от господства и принуждения» [3, с. 102]. Итак, в настоящее время в области идей о человеке идёт борьба с традиционными ценностями во имя построения материально-финансового политического и культурного тоталитаризма, в котором достоинство человека будет определяться уровнем его потребления.


Полная версия статьи PDF

Номер журнала «Вестник науки» № 7 (100) том 2


Ссылка для цитирования:

Каликанов С.В. КРИЗИС НОРМ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ: ИСТОКИ, СУЩНОСТЬ, ПЕРСПЕКТИВЫ // Журнал «Вестник науки» от 12 июля 2026 г. № 7 (100) том 2. С. 343 - 350. 2026 г. ISSN 2712-8849 // Электронный ресурс: https://www.вестник-науки.рф/article/32484 (дата обращения: 07.11.2026 г.)


Альтернативная ссылка латинскими символами: vestnik-nauki.com/article/32484



Нашли грубую ошибку (плагиат, фальсифицированные данные или иные нарушения научно-издательской этики) ?
- напишите письмо в редакцию журнала: zhurnal@vestnik-nauki.com


Вестник науки © 2026.    16+




* В выпусках журнала могут упоминаться организации (Meta, Facebook, Instagram) в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным Федеральным законом от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» (далее - Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности»), или об организации, включенной в опубликованный единый федеральный список организаций, в том числе иностранных и международных организаций, признанных в соответствии с законодательством Российской Федерации террористическими, без указания на то, что соответствующее общественное объединение или иная организация ликвидированы или их деятельность запрещена.