Научный журнал «Вестник науки»

Режим работы с 09:00 по 23:00

zhurnal@vestnik-nauki.com

Информационное письмо
  1. Главная
  2. Архив
  3. Вестник науки от 18 октября 2026 г.
  4. Научная статья № 17
Просмотры  23 просмотра

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ НАЗНАЧЕНИЯ ПРИНУДИТЕЛЬНЫХ МЕР ВОСПИТАТЕЛЬНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ

Аннотация: в статье проводится комплексное исследование теоретических и практических проблем назначения и исполнения принудительных мер воспитательного воздействия (ПМВВ) к несовершеннолетним. Анализируется правовая природа данного института, выявляются недостатки действующего перечня мер, предусмотренного ч. 2 ст. 90 УК РФ. На основе изучения новейшей судебной практики 2025–2026 годов исследуются типичные ошибки судов при применении ПМВВ, а также проблемы контроля за их исполнением специализированными государственными органами. Обосновывается необходимость введения новой меры — обязанности пройти курс психологической реабилитации, и совершенствования механизма ведомственного контроля. Вносятся конкретные предложения по реформированию законодательства в рассматриваемой сфере.

Ключевые слова: ПМВВ, несовершеннолетний, уголовная ответственность, освобождение от наказания, ресоциализация, психологическая реабилитация, ювенальная юстиция, 90-2 УК РФ.

https://doi.org/10.68367/33396

Институт принудительных мер воспитательного воздействия (далее – ПМВВ) занимает уникальное место в системе уголовно-правового воздействия на несовершеннолетних правонарушителей. В отличие от классического уголовного наказания, ПМВВ не образуют судимости и не влекут состояния наказанности, однако налагают на подростка определенные обязанности и ограничения, обеспечиваемые силой государственного принуждения. Как отмечает Л.М. Прозументов, данные меры представляют собой особый вид уголовно-правового принуждения, сочетающий в себе воспитательную, превентивную и восстановительную функции, направленные на дальнейшую позитивную социализацию несовершеннолетнего [1, с. 138].

Часть 2 статьи 90 УК РФ устанавливает исчерпывающий перечень ПМВВ: предупреждение, передача под надзор родителей или лиц, их заменяющих, либо специализированного государственного органа, возложение обязанности загладить причиненный вред, ограничение досуга и установление особых требований к поведению несовершеннолетнего. Несмотря на гуманистическую направленность данных мер, правоприменительная практика выявляет ряд системных проблем, существенно снижающих их воспитательный потенциал и эффективность как альтернативы уголовному наказанию. Одной из наиболее уязвимых мер является передача под надзор родителей или лиц, их заменяющих. Е.В.

Васкэ обоснованно указывает, что эффективность данной меры напрямую зависит от воспитательного потенциала семьи и реального микроклимата в ней [2, с. 132]. В случаях, когда родители ведут аморальный образ жизни, страдают алкоголизмом, наркоманией или уклоняются от выполнения своих родительских обязанностей, передача подростка под их надзор превращается в юридическую фикцию. Суды не всегда располагают достоверными и полными данными о реальном состоянии дел в семье, что приводит к формальному применению меры, не обеспечивающей должного воспитательного воздействия. А.В.

Богданов, И.Н. Волосевич и Е.Н. Хазов обращают внимание на то, что значительная часть несовершеннолетних правонарушителей происходит именно из неблагополучных семей, где формирование криминогенных установок происходит на постоянной основе [3, с. 10]. В таких условиях передача под надзор родителей не только не способствует исправлению подростка, но и может усугубить его девиантное поведение.

Не менее острой является проблема контроля за исполнением ПМВВ в целом. Контроль возложен на специализированные государственные органы (подразделения по делам несовершеннолетних органов внутренних дел, комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав), которые на практике испытывают острый дефицит кадровых и временных ресурсов. А.В. Богданов обращает внимание на то, что отсутствие единого механизма контроля и четких критериев эффективности приводит к тому, что подростки фактически остаются без должного воспитательного сопровождения после вынесения судебного решения [3, с. 11].

Возложение обязанности, например, «не посещать определенные места» или «не уходить из дома в ночное время» зачастую остается на бумаге, так как не подкреплено реальной работой кураторов из органов системы профилактики. Анализ новейшей судебной практики демонстрирует полярные подходы к применению ПМВВ, что свидетельствует об отсутствии единообразия в правоприменении. Эталонным примером грамотной индивидуализации служит постановление мирового судьи судебного участка № 2 Пермского судебного района Пермского края от 05.11.2025 по делу № 1-7/2025. Суд, прекратив уголовное преследование несовершеннолетнего за совершение кражи из автомобилей (ч. 1 ст. 158 УК РФ), обоснованно применил комплекс мер: ограничение досуга (запрет находиться вне дома с 22:00 до 06:00 без разрешения специализированного органа) и передачу под надзор матери, которая положительно характеризовалась и являлась для подростка авторитетом.

При этом контроль за исполнением мер был возложен на комиссию по делам несовершеннолетних и защите их прав администрации муниципального образования с учетом проведенных восстановительных программ и полного возмещения ущерба потерпевшим [4]. Суд подробно мотивировал свое решение, указав на раскаяние подростка, положительные характеристики с места жительства и готовность продолжить обучение. В то же время практика знает примеры, когда применение ПМВВ объективно невозможно в силу устойчивой девиантной установки несовершеннолетнего. В Апелляционном постановлении Верховного Суда Республики Коми от 27.02.2026 № 22-256/2026 суд обоснованно отказал в применении ПМВВ и условного осуждения несовершеннолетнему ФИО1, ранее судимому и состоявшему на профилактическом учете в подразделении по делам несовершеннолетних, осужденному за серию краж и умышленное повреждение чужого имущества [5].

Суд верно отметил, что при наличии устойчивой девиантной установки, систематическом характере правонарушений и неэффективности ранее применявшихся мер профилактики, ПМВВ не способны обеспечить реальное исправление подростка. В результате несовершеннолетний был осужден к десяти месяцам лишения свободы в воспитательной колонии. Данный пример наглядно демонстрирует пределы гуманизации: в отношении подростков, демонстрирующих устойчивое нежелание вести правомерный образ жизни, помещение в воспитательную колонию становится единственной альтернативой, способной обеспечить реальное исправление. Для повышения эффективности ПМВВ представляется целесообразным дополнить ч. 2 ст. 90 УК РФ новой мерой – «обязанность пройти курс психологической реабилитации».

Большинство несовершеннолетних, совершивших преступления, нуждаются в профессиональной коррекции девиантных установок, формировании эмпатии и навыков конструктивного разрешения конфликтов. Данная мера должна реализовываться через обязательное посещение занятий с психологом или психотерапевтом в специализированных центрах либо по месту жительства. Продолжительность курса должна определяться судом с учетом заключения специалиста и составлять от трех до двенадцати месяцев. Контроль за исполнением этой меры целесообразно возложить на специализированный государственный орган системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.

Внедрение подобной меры полностью соответствует международным стандартам, в частности Европейским правилам в отношении несовершеннолетних правонарушителей, делающим акцент на ресоциализации и психологической поддержке. Кроме того, необходимо законодательно закрепить обязанность специализированных органов разрабатывать индивидуальную программу воспитательного воздействия для каждого несовершеннолетнего, в отношении которого применены ПМВВ. Такая программа должна включать регулярное проведение мероприятий по психологической коррекции и социальной адаптации, взаимодействие с образовательными учреждениями, органами опеки и попечительства, медицинскими организациями, а также обязательное информирование суда о результатах исполнения ПМВВ не реже одного раза в три месяца. Только при наличии такого системного подхода ПМВВ смогут выполнять свою главную функцию – обеспечивать подлинное исправление подростка, а не формальное освобождение от наказания.

Таким образом, действующий перечень ПМВВ требует модернизации с учетом современных криминологических реалий и вызовов цифровой эпохи. Внедрение мер психологической реабилитации, совершенствование ведомственного контроля и законодательное закрепление четких критериев оценки эффективности позволят трансформировать ПМВВ из формальной альтернативы наказанию в действенный инструмент восстановления социальной справедливости и исправления личности несовершеннолетнего правонарушителя. Только комплексный, индивидуально-ориентированный подход обеспечит реализацию воспитательной функции уголовного закона и предотвратит рецидив подростковой преступности.


Полная версия статьи PDF

Номер журнала «Вестник науки» № 10 (103) том 3


Ссылка для цитирования:

Богатырев М.И. АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ НАЗНАЧЕНИЯ ПРИНУДИТЕЛЬНЫХ МЕР ВОСПИТАТЕЛЬНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ // Журнал «Вестник науки» от 18 октября 2026 г. № 10 (103) том 3. С. 166 - 171. 2026 г. ISSN 2712-8849 // Электронный ресурс: https://www.вестник-науки.рф/article/33396 (дата обращения: 11.11.2026 г.)


Альтернативная ссылка латинскими символами: vestnik-nauki.com/article/33396



Нашли грубую ошибку (плагиат, фальсифицированные данные или иные нарушения научно-издательской этики) ?
- напишите письмо в редакцию журнала: zhurnal@vestnik-nauki.com


Вестник науки © 2026.    16+




* В выпусках журнала могут упоминаться организации (Meta, Facebook, Instagram) в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным Федеральным законом от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» (далее - Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности»), или об организации, включенной в опубликованный единый федеральный список организаций, в том числе иностранных и международных организаций, признанных в соответствии с законодательством Российской Федерации террористическими, без указания на то, что соответствующее общественное объединение или иная организация ликвидированы или их деятельность запрещена.