ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЕ ПРАВОВОЙ ПРИРОДЫ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПРОКУРОРА, ПРЕДУСМОТРЕННОГО П. 2 Ч. 2 СТ. 37 УПК РФ
Аннотация: статья посвящена изучению правовой природы постановления прокурора, предусмотренного п. 2 ч. 2 ст. 37 УПК РФ. В данной статье полномочие прокурора рассматривается в ретроспективном ключе, а также выделяются некоторые положения в механизме реализации полномочия, которые, по мнению автора, можно исправить.
Ключевые слова: постановление, прокурор, полномочие, уголовное судопроизводство, возбуждение уголовного дела, повод.
https://doi.org/10.68367/33427
Уголовно-процессуальное полномочие прокурора по инициированию уголовного преследования считается одним из самых сложных по содержательному наполнению. Особенность данного заключается во многом в том, что используемые законодателем формулировки не дают четкого объяснения, что именно должен мотивировать прокурор. В доктрине уголовного процесса множество авторов так и не смогли найти ответы на некоторые вопросы. Существует ли необходимость в обоснованности наличия признаков состава преступления, если существует, то обязан ли прокурор в своем постановлении изложить убедительные доводы о наличие всех необходимых признаков состава преступления?
Достаточно ли в постановлении указать только мотивировку общественной опасности или стоит описать и субъективную сторону деяния? Эти вопросы так и остались открыты. Другой вопрос в том, как понимать повод для возбуждения уголовного дела, ведь Уголовно-процессуальный кодекс не дает нам понятия этого термина, при всем при этом в ст.140 УПК эти поводы озвучены. В этой связи огромную роль играет понимание сущности и содержания повода для возбуждения уголовного дела, без понимания сущности явления понять систему поводов представленной в ст.140 УПК не предоставляется возможным.
Профессор Григорьев, не найдя ответа на данный вопрос, предлагает понимать под поводом для возбуждения уголовного дела указанные в УПК юридические акты, которые влекут за собой обязанность компетентных органов или должностных лиц решить вопрос о возбуждении уголовного дела либо же об отказе в возбуждении уголовного дела. [1,с.245]. Побудительный характер природы поводов для возбуждения уголовного дела описывает Румянцева, выделяя при этом четкие последовательные этапы: прием, регистрацию и проверку сообщений о преступлении, которые в последствии будут служить достижению цели принятия законного процессуального решения. [2.с.21]. Нагорный же считает, что повод для возбуждения уголовного дела в зависимости от контекста может рассматривается через разные плоскости: Во-первых, его можно рассматривать как предусмотренный уголовно-процессуальным кодексом юридический акт, запускающий механизм возбуждения уголовного дела. Во-вторых, повод для возбуждения уголовного дела можно рассматривать одно из обязательных и необходимых условий для инициирования уголовного судопроизводства.
Из сущности возбуждения уголовного дела, озвученной законодателем необходима совокупность двух элементов: повода и основания. В-третьих, его можно рассматривать элемент структуры уголовно-процессуального акта, представленного в форме постановления. [3,с.16]. На определенном этапе истории в период с 2014 года по 2022 год, ряд таких авторов как Косенко А.М., предлагал свои нововведения, в частности, он предлагал объединить постановление прокурора, которое выносится в порядке п.2 ч.2 ст.37 УПК, материалы проверок налоговых органов и Центрального банка в одну обособленную группу, объясняя это тем, что инициирование производства производится от органов публичной власти. [4,с.142]. На основании анализа существующих проблем Нагорный представил ряд существенных проблем, которые вызывают множество вопросов и требуют неотлагательного решения. 1.
Яркая проблема существования лишних процедур при производстве, по сути сведения об одном и том же нарушении подвергаются систематическому анализу сначала на этапе прокурорской проверки, далее при производстве доследственной проверки, и уже потом, если будет принято решение о возбуждении уголовного дела. 2. Процедура реформирования правовой природы постановления прокурора, начатая с принятием Закона №87-ФЗ и продолженная с принятием 404-ФЗ спустя 17 лет так и не привела к какому-либо однозначному итогу. 3. Реформирование ст.140 УПК послужило поводом для дискуссий в науке уголовного процесса по вопросам поводов для возбуждения уголовного дела. Законодательные исключения наталкивают на мысль о гибкости системы, предложенной в ст.140 УПК. 4.
До сих пор окончательно не решен вопрос какой подход более разумен и целесообразен? Быть может не стоило отнимать у прокурора полномочие возбуждение уголовного дела и так усложнять? Спустя 17 лет ответа так и нет. [Постановление прокурора, вынесенное в порядке п. 2 ч. 2 ст. 37 УПК, - повод к возбуждению уголовного дела, требующий критического переосмысления В. А.
Нагорный // Законность. - 2024. - № 12. - С. 26-32][5,с.29]. Для более детального понимания процедуры и взаимоотношений между прокурором и органами предварительного расследования, необходимо обратиться к самой сущности понятия «взаимодействия». В этой связи интересным кажется философский подход, предложенный Азаровой Е.С. Е.
С. Азарова считает, что понятие «взаимодействие» следует рассматривать как фундаментальную философскую категорию. С точки зрения философского анализа бытие представлено в различных формах. Образно говоря, как бытие природы, бытие человека, бытие идеального и т. д.
Соответственно бытие включает в себя не только формы, но и элементы, которые между собой взаимодействуют. Каждая вещь в реальности находится в отношении с другими окружающими ее вещами [6, с.28]. Еще одну очень интересную проблему выделяют Соловьева и Ильясова: по их мнению, существующий уклад не совсем правилен и требует переосмысления, ведь в существующей системе происходит своего рода зависимость одного субъекта от другого. При возбуждении уголовного дела на основании постановлении прокурора органы предварительного расследования (следствия или дознания) были в зависимом положении от прокурора, который осуществляет надо за их деятельностью.
Концептуально такой механизм не совсем удачен и требует переосмысления. [7, с.134]. Рассматривая всю представленную нормативную базу можно также выделить ряд специфических законодательных пробелов: 1. Технико-юридический критерий. Вопрос по сути лежит на поверхности, как же все-таки следует правильно закрепить в законе «постановление» или «мотивированное постановление»?
В рассмотренном раннее Указании Указанию Генеральной прокуратуры РФ от 17 октября 2023 года №707/49 «Об организации работы, связанной с реализацией полномочий, предоставленных пунктом 2 части 2 статьи 37 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», можно заметить, что в некоторых случаях данное постановление именуется как мотивированное (например, п.1.1 и п.1.7) или же упоминается без него (пп.1.4 и 1.11). По мнению ряда авторов здесь можно проследить дублирующее требование о мотивированности постановления прокурора об уголовном преследовании. Довольно интересно, что при перечислении иных полномочий прокурора (пп. 3 и 4 ч. 2 ст. 37 УПК) указания на их мотивированный характер нет. Подобная правовая конструкция вызывает ряд вопросов с точки зрения юридической техники, а предусмотренное ст. 5 УПК понятие сообщения о преступлении содержит упоминание постановления прокурора вовсе без указания на его мотивированный характер.
В связи с этим более разумным кажется в целях формирования единообразных требований к уголовно-процессуальным актам участников уголовного судопроизводства представляется целесообразным исключить из п. 2 ч. 2 ст. 37 УПК упоминание о мотивированности исследуемого постановления, поскольку соответствующее требование прямо предусмотрено ст. 7 УПК (наряду с требованиями законности и обоснованности). 2. Правоприменительный критерий. Исходя из содержания ст.37 УПК нам понятно, что постановление прокурора является разновидностью уголовно-процессуальных актов в производстве по уголовному делу, и нам не ясно, возможно ли применение акта вне уголовного процесса. Тем не менее, возникает мысль что данное полномочие переросло преимущественно в группу общенадзорных функций.
На основе этого зарождается мысль о существовании двойственной природе постановления, как уголовно-процессуального акта, служащим начала для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, и как акта прокурорского реагирования на выявленные нарушения в сфере защиты прав и свобод. 3. Содержательный критерий. Данный вид уголовно-процессуального акта имеет строгую форму и обязательные содержательные характеристики. В его основе лежит результат деятельности прокурора как участника уголовного судопроизводства.
Законодатель требует при вынесении данного постановления наличие соответствующих материалов, из анализа которых можно судить о наличии или отсутствии состава преступления. По сути своей, в данном постановлении прокурор описывает все событие предполагаемого преступления, дает юридическую оценку деянию, его квалификацию.
Полная версия статьи PDF
Номер журнала «Вестник науки» № 10 (103) том 3
Ссылка для цитирования:
ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЕ ПРАВОВОЙ ПРИРОДЫ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПРОКУРОРА, ПРЕДУСМОТРЕННОГО П. 2 Ч. 2 СТ. 37 УПК РФ // Журнал «Вестник науки» от 18 октября 2026 г. № 10 (103) том 3. С. 452 - 458. 2026 г. ISSN 2712-8849 // Электронный ресурс: https://www.вестник-науки.рф/article/33427 (дата обращения: 15.11.2026 г.)
Альтернативная ссылка латинскими символами: vestnik-nauki.com/article/33427
Нашли грубую ошибку (плагиат, фальсифицированные данные или иные нарушения научно-издательской этики) ?
- напишите письмо в редакцию журнала: zhurnal@vestnik-nauki.com
