ЮРИДИЧЕСКАЯ ЗАИНТЕРЕСОВАННОСТЬ КАК ПРЕДПОСЫЛКА ПРАВА НА ОБРАЩЕНИЕ В СУД
Аннотация: в статье рассматривается личная юридическая заинтересованность лица, обращающегося за защитой собственных прав, как предпосылка права на предъявление иска. На основе сопоставления доктринальных подходов и анализа пункта 1 части 1 статьи 134 ГПК РФ предлагается критерий очевидного отсутствия заинтересованности при оспаривании актов, не затрагивающих заявителя. Обосновывается необходимость отличать проверку предполагаемой связи заявителя с предметом защиты от разрешения спора о принадлежности материального права.
Ключевые слова: личная юридическая заинтересованность, предпосылка, предъявление иска, исковое заявление, отказ в принятии, оспаривание актов, материальное право, судебная защита, гражданское судопроизводство.
https://doi.org/10.68367/33556
УДК 34
Янин П.С.
студент 4 курса
Международно-правовой институт
Московский государственный юридический университет им. О.Е. Кутафина
(г. Москва, Россия)
ЮРИДИЧЕСКАЯ ЗАИНТЕРЕСОВАННОСТЬ
КАК ПРЕДПОСЫЛКА ПРАВА НА ОБРАЩЕНИЕ В СУД
Аннотация: в статье рассматривается личная юридическая заинтересованность лица, обращающегося за защитой собственных прав, как предпосылка права на предъявление иска. На основе сопоставления доктринальных подходов и анализа пункта 1 части 1 статьи 134 ГПК РФ предлагается критерий очевидного отсутствия заинтересованности при оспаривании актов, не затрагивающих заявителя. Обосновывается необходимость отличать проверку предполагаемой связи заявителя с предметом защиты от разрешения спора о принадлежности материального права.
Ключевые слова: личная юридическая заинтересованность, предпосылка, предъявление иска, исковое заявление, отказ в принятии, оспаривание актов, материальное право, судебная защита, гражданское судопроизводство.
Обращение в суд за защитой собственных прав предполагает связь заявителя с теми отношениями, по поводу которых возник спор. Часть 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) закрепляет право на обращение за судебной защитой за заинтересованным лицом. Конкретное последствие отсутствия такой связи предусмотрено п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ: судья отказывает в принятии заявления, если «в заявлении, поданном от своего имени, оспариваются акты, которые не затрагивают права, свободы или законные интересы заявителя» [1, ч. 1 ст. 3, п. 1 ч. 1 ст. 134]. Поэтому вопрос о заинтересованности имеет самостоятельное практическое значение уже при решении вопроса о принятии иска.
Применение этой нормы требует определить, когда отсутствие личной заинтересованности очевидно без разрешения спора о материальном праве. Цель статьи - раскрыть содержание заинтересованности лица, обращающегося за защитой собственных прав, и предложить критерий ее проверки применительно к указанному основанию отказа.
Предмет исследования ограничен личной заинтересованностью лица, предъявляющего иск в защиту собственных прав и законных интересов. Для ее выявления анализируется предусмотренный ст. 134 ГПК РФ случай оспаривания акта, не затрагивающего заявителя. Такой выбор позволяет проверить доктринальное представление о предпосылке на конкретном законодательном основании. Из общего указания на заинтересованное лицо в ст. 3 ГПК РФ нельзя непосредственно вывести дополнительное, не предусмотренное законом основание отказа в принятии любого иска.
С. М. Михайлов и И. М. Пятилетов определяют предпосылки права на предъявление иска как обстоятельства, с наличием или отсутствием которых закон связывает возникновение права определенного лица на предъявление иска по конкретному делу. Авторы подчеркивают самостоятельность права на рассмотрение спора по отношению к материальному притязанию: возможность предъявить иск сохраняется и тогда, когда право на его удовлетворение отсутствует [5, с. 222-224]. Следовательно, признание заинтересованности предпосылкой требует указать ее собственное содержание, позволяющее отличить отсутствие права на рассмотрение дела от необоснованности требования.
В доктрине самостоятельность юридической заинтересованности как предпосылки права на предъявление иска оценивается неоднозначно. М. А. Гурвич объяснял случаи отсутствия интереса действием других процессуальных предпосылок либо отказом от осуществления права на предъявление иска.
Отсутствие же спорного материального права, по его мнению, устанавливается в результате рассмотрения дела и не может служить препятствием к его началу. При необоснованности требования сохраняется интерес ответчика в решении об отказе в иске [3, с. 79-82]. Такой подход предостерегает от подмены процессуальной допустимости иска его материальной обоснованностью.
Р. Е. Гукасян возражал против сведения юридического интереса к выгоде, получаемой от решения. Применительно к сторонам он связывал интерес с возможностью влияния решения на их права и обязанности. В таком понимании заинтересованность приобретает самостоятельное значение предпосылки права на обращение в суд [2, с. 48-50].
Расхождение между этими позициями связано не только с перечнем предпосылок, но и с тем, что именно понимается под юридическим интересом. Если речь идет о выгоде, которую принесет удовлетворение иска, ее установление действительно предполагает разрешение спора. Если же оценивается возможность влияния судебной защиты на собственное правовое положение заявителя, возникает иной вопрос: относится ли заявленное требование к его правам хотя бы предположительно. В последнем случае самостоятельное значение получает связь лица с предметом защиты, а не прогноз исхода дела.
Другой способ объяснения этой связи предложен Т. В. Сахновой. Она различает объективный юридический интерес и заинтересованность как его осознание лицом, обращающимся за защитой. Заинтересованность в ее концепции имеет обобщающее значение, суд устанавливает ее посредством проверки конкретных предпосылок и условий обращения, закрепленных законом. Действительный интерес выявляется в разбирательстве [7, с. 371-374]. Такой подход не тождествен пониманию заинтересованности как одного из обстоятельств наряду с другими предпосылками: он объясняет через нее саму систему требований к обращению за защитой.
Практически из сопоставления подходов следует, что суду недостаточно сослаться на собственную оценку «отсутствия интереса». Необходимо установить конкретное обстоятельство, которому процессуальный закон придает препятствующее значение. При этом субъективная убежденность лица в нарушении права сама по себе не заменяет правовой связи со спором. Иначе любой интерес к соблюдению законности мог бы оправдывать предъявление иска от собственного имени. Проверка должна учитывать заявленные обстоятельства и содержание применимого законодательного ограничения.
На наш взгляд, при обращении за защитой собственных прав юридическая заинтересованность выражается в предполагаемой связи заявителя со спорным материальным правоотношением, вследствие которой судебная защита способна повлиять на его правовое положение. Материально-правовая основа такой заинтересованности состоит в предполагаемом нарушении, оспаривании либо угрозе нарушения собственного права или законного интереса. Само желание получить судебное решение этой связи не создает. Вместе с тем для признания заинтересованности не требуется заранее установить, что притязание обоснованно и подлежит удовлетворению.
Личный характер заинтересованности не следует связывать исключительно с имущественной выгодой. Анализируемая норма прямо упоминает права, свободы и законные интересы заявителя. Поэтому решающим является возможное затрагивание его правовой сферы, а не денежная оценка результата. Одновременно фактическое любопытство, несогласие с поведением других лиц или нравственная оценка акта еще не показывают, каким образом данный акт касается заявителя. Лицо должно обозначить предполагаемый объект именно собственной судебной защиты.
Этому разграничению соответствует позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в п. 2 определения от 29 мая 2025 г. № 1311-О. Для обращения за защитой должны существовать основания предполагать принадлежность заявителю защищаемых прав и их нарушение либо реальную угрозу нарушения.
При этом п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ не допускает разрешения вопросов о содержании спорных материальных прав и обязанностей до рассмотрения дела на основе состязательности и равноправия сторон [6, п. 2].
Для применения анализируемого положения ст. 134 ГПК РФ предлагаем следующий критерий: даже если принять изложенные заявителем обстоятельства как предположение, оспариваемый акт не способен затронуть его собственные права, свободы или законные интересы. Очевидность отсутствия заинтересованности должна следовать из самого характера заявленной связи с актом. Она не может выводиться из того, что судья считает недостоверными обстоятельства, на которых основано спорное материальное право. Предлагаемый критерий относится к конкретному предусмотренному законом основанию отказа и не вводит общего запрета на предъявление исков, которые представляются суду бесперспективными.
Применение критерия предполагает последовательный анализ. Сначала определяется, какое собственное право или законный интерес заявитель связывает с оспариваемым актом. Затем выясняется, какое последствие акта для этого права следует из изложенных обстоятельств. Наконец, проверяется, сохраняется ли предполагаемая связь, если не разрешать спор о достоверности этих обстоятельств. Речь идет об оценке юридического значения заявленной связи. Установление того, действительно ли заявитель обладает спорным правом, составляет другую задачу суда.
Из этого следует различие между отрицанием самой связи и отрицанием одного из фактов, которыми она обоснована. В первом случае даже описанная заявителем ситуация не предполагает воздействия акта на его права. Во втором суд считает, например, что заявитель ошибочно называет себя обладателем права, на которое акт способен повлиять. Использовать такую оценку спорного факта как основание отказа означало бы сделать вывод о материальном правоотношении до его судебного рассмотрения. Ссылка на очевидность не устраняет эту подмену.
Рассмотрим условный пример. Гражданин оспаривает решение общего собрания собственников помещений многоквартирного дома об установлении платы за содержание общего имущества. Из его заявления следует, что он не имеет прав на помещения в этом доме, не пользуется ими, обязанность вносить спорную плату на него не возложена, иных последствий решения для своего правового положения он также не предполагает. Требование мотивировано исключительно нарушениями порядка созыва собрания. При таких исходных обстоятельствах заявитель добивается проверки акта, не затрагивающего его права или законные интересы. Даже предположительное признание всех изложенных им фактов не обнаруживает личной заинтересованности. Поэтому имеются основания для отказа в принятии заявления по п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ.
Изменение одного обстоятельства меняет оценку предпосылки: если заявитель утверждает, что является собственником помещения в этом доме и оспариваемое решение возлагает на него платежную обязанность, связь с собственным правом обозначена. Возражения против принадлежности ему помещения или против наличия нарушения требуют рассмотрения спора. Неподтверждение этих обстоятельств по результатам разбирательства может повлечь отказ в удовлетворении иска. Оно само по себе не означает, что суд должен был отказать в принятии заявления ввиду отсутствия заинтересованности.
Материальная основа приведенного примера конкретизируется ч. 5 ст. 46 Жилищного кодекса Российской Федерации. Решение общего собрания, принятое в установленном порядке в пределах его компетенции, обязательно для всех собственников, включая не участвовавших в голосовании. Часть 6 той же статьи предусматривает обжалование решения собственником, который не участвовал в собрании или голосовал против, если решением нарушены его права и законные интересы [4, ч. 5, 6 ст. 46]. Поэтому неучастие в собрании само по себе не исключает личной заинтересованности. В то же время утверждение о незаконности решения без указания на собственное затронутое право не заменяет эту предпосылку.
Оценку условий удовлетворения требования, установленных материальным законом, следует отличать от выявления предполагаемой связи заявителя с актом.
Практическая функция предпосылки состоит в недопущении рассмотрения требований, из которых очевидно отсутствие даже предполагаемого затрагивания прав заявителя. Это позволяет избежать процесса, не способного служить защите его правового положения. Однако снижение судебной нагрузки само по себе не является основанием отказа: применяться должно предусмотренное законом ограничение.
Процессуальное последствие зависит от того, когда обнаружено именно предусмотренное п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ основание: до принятия заявления следует отказ в его принятии, после принятия — прекращение производства по абз. 2 ст. 220 ГПК РФ [1, ст. 134, 220]. Отказ препятствует повторному предъявлению тождественного иска, определение может быть обжаловано в порядке ч. 3 ст. 134 ГПК РФ.
Особое значение имеет мотивировка процессуального определения. Из нее должно быть видно, какие именно собственные права или интересы заявитель указывает, почему содержание оспариваемого акта не может их затронуть при описанных обстоятельствах и какое положение ст. 134 ГПК РФ применяется. Фраза «истец не доказал нарушение своего права» этого не объясняет: она может обозначать результат оценки доказательств, для которой требуется разбирательство. Отграничение предпосылки от обоснованности иска проверяется по содержанию мотивов суда, а не по использованному им названию заинтересованности. Прекращение производства также препятствует повторному обращению по тождественному спору в соответствии со ст. 221 ГПК РФ [1, ст. 221]. Поэтому ошибка в квалификации затрагивает саму возможность получить решение по существу.
Таким образом, юридическая заинтересованность может рассматриваться как предпосылка права на предъявление иска в значении предполагаемой связи требования с собственными правами или законными интересами заявителя.
Для анализируемого случая ее отсутствие выявляется по п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ: оспариваемый акт не затрагивает правовую сферу заявителя даже при предположении достоверности изложенных им обстоятельств. Этот критерий позволяет объяснить самостоятельное значение предпосылки, сохраняя различие между допустимостью рассмотрения требования и его обоснованностью. Если же вывод об отсутствии заинтересованности требует разрешить спор о принадлежности права или о его нарушении, вопрос относится к существу дела.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
1. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. № 138-ФЗ (ред. от 4 августа 2026 г., с изм. и доп., вступ. в силу с 1 сентября 2026 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. № 46. Ст. 4532.
2. Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве / отв. ред. Викут М.А. Саратов: Приволжское книжное издательство, 1970. 190 с.
3. Гурвич М.А. Право на иск. М., Л.: Издательство Академии наук СССР, 1949. 216 с.
4. Жилищный кодекс Российской Федерации от 29 декабря 2004 г. № 188-ФЗ (ред. от 4 августа 2026 г., с изм. и доп., вступ. в силу с 1 сентября 2026 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2005. № 1 (ч. I). Ст. 14.
5. Михайлов С.М., Пятилетов И.М. Право на иск и право на предъявление иска // Гражданский процесс: учебник для бакалавров / отв. ред. Блажеев В.В., Уксусова Е.Е. М.: Проспект, 2015. С. 221–224.
6. Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 мая 2025 г. № 1311-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гореликова Сергея Юрьевича на нарушение его конституционных прав положением части первой статьи 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации». URL: https://apkrfkod.ru/pract/opredelenie-konstitutsionnogo-suda-rf-ot-29052025-n-1311-o/ (дата обращения: 23.10.2026).
7. Сахнова Т.В. Курс гражданского процесса. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Статут, 2014. 784 с.
Yanin P.S.
student of 4th year
International Law Institute
Kutafin Moscow State Law University
(Moscow, Russia)
LEGAL INTEREST AS A PREREQUISITE
FOR THE RIGHT TO APPLY TO COURT
Abstract: the article examines the personal legal interest of a person seeking protection of their own rights as a prerequisite for the right to file a claim. By comparing doctrinal approaches and analyzing paragraph 1 of part 1 of Article 134 of the Civil Procedure Code, the article proposes a criterion for establishing an obvious lack of legal interest when a person challenges acts that do not affect them. It argues that assessing the applicant’s presumed connection to the subject of protection must be distinguished from resolving a dispute over ownership of the substantive right.
Keywords: personal legal interest, prerequisite, filing a claim, statement of claim, refusal to accept, challenging acts, substantive right, judicial protection, civil proceedings.
Полная версия статьи PDF
Номер журнала «Вестник науки» № 10 (103) том 4
Ссылка для цитирования:
ЮРИДИЧЕСКАЯ ЗАИНТЕРЕСОВАННОСТЬ КАК ПРЕДПОСЫЛКА ПРАВА НА ОБРАЩЕНИЕ В СУД // Журнал «Вестник науки» от 25 октября 2026 г. № 10 (103) том 4. С. 507 - 515. 2026 г. ISSN 2712-8849 // Электронный ресурс: https://www.вестник-науки.рф/article/33556 (дата обращения: 07.11.2026 г.)
Альтернативная ссылка латинскими символами: vestnik-nauki.com/article/33556
Нашли грубую ошибку (плагиат, фальсифицированные данные или иные нарушения научно-издательской этики) ?
- напишите письмо в редакцию журнала: zhurnal@vestnik-nauki.com
