ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ ОБЩЕСТВЕННОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ В РОССИИ: ЭВОЛЮЦИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ
Аннотация: в статье проанализирована эволюция территориального общественного самоуправления в России, доказана его историческая преемственность с дореволюционными земствами и городскими думами. Выявлено, что эффективность современных территориальных общественных самоуправлений сдерживается недостаточной правовой определенностью и разрозненностью федерального законодательства. Установлена прямая зависимость устойчивости институтов самоуправления от степени децентрализации власти и уровня гражданской активности.
Ключевые слова: территориальное общественное самоуправление, эволюция самоуправления, земство, городская дума, гражданское общество, политическая культура, децентрализация власти, самоорганизация, ресурсная поддержка, гражданская активность, демократическое устройство, местное самоуправление, историческая преемственность, общественная инициатива, бюджетное финансирование, активист ТОС.
https://doi.org/10.68367/33693
УДК 35
Глушко С.И.
магистрант 3 курса
факультет гуманитарных наук, экономики и права, направление «Государственное и муниципальное управление»
Азовский государственный педагогический университет им. П.Д. Осипенко
(г. Бердянск, Россия)
ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ ОБЩЕСТВЕННОЕ
САМОУПРАВЛЕНИЕ В РОССИИ:
ЭВОЛЮЦИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ
Аннотация: в статье проанализирована эволюция территориального общественного самоуправления в России, доказана его историческая преемственность с дореволюционными земствами и городскими думами. Выявлено, что эффективность современных территориальных общественных самоуправлений сдерживается недостаточной правовой определенностью и разрозненностью федерального законодательства. Установлена прямая зависимость устойчивости институтов самоуправления от степени децентрализации власти и уровня гражданской активности.
Ключевые слова: территориальное общественное самоуправление, эволюция самоуправления, земство, городская дума, гражданское общество, политическая культура, децентрализация власти, самоорганизация, ресурсная поддержка, гражданская активность, демократическое устройство, местное самоуправление, историческая преемственность, общественная инициатива, бюджетное финансирование, активист ТОС.
Эволюция институтов территориального общественного самоуправления (ТОС) в России характеризовалась поэтапным развитием, обусловленным трансформациями государственного устройства и правовой базы.
Истоки самоуправления можно было наблюдать ещё во времена деятельности земств (выборные учреждения 1864 года), городских дум (реформа 1870 года). Благодаря им на местном уровне решались как хозяйственные так и социальные вопросы, что способствовал развитию здравоохранения и образования. Негативным аспектом было нахождение этих институтов под строгим контролем бюрократии.
Несмотря на негативные факторы, именно в этих рамках действия земств и городских дум зарождались идеи о необходимости перемен, справедливом распределении ресурсов и большей самостоятельности регионов. Они стали своеобразным катализатором для развития общественной мысли, пробуждающими интерес к вопросам местного значения и стимулом для инициатив снизу.
Со временем, накапливая опыт и осознавая свои возможности земские и городские деятели постепенно стали выходить за рамки чисто хозяйственных задач. Стали подниматься вопросы свободы слова и печати, правового положения граждан и необходимости конституционных преобразований. Такой переход от вопросов местного значения к общенациональным свидетельствовал о зрелости гражданского общества, которое находило пути для выражения своих интересов и стремлений. Этому не смог помешать даже репрессивный аппарат империи того времени. В связи с этим, зачатки самоуправления, заложенные реформами 1860-х годов, стали не просто административными единицами, а существенным фактором в процессе формирования российской государственности и гражданской идентичности [1].
Именно накопленный опыт и созревшее понимание о необходимости перемен позволили земским и городским деятелям стать активными участниками политической жизни начала ХХ века. Опираясь на свои знания и авторитет, достигнутые в ходе практической работы на местах, стали одними из ключевых фигур в формировании оппозиционных движений и партий. Движущей силой для дальнейших общественных трансформаций стало их стремление у увеличению прав и свобод, к более эффективному управлению, основанному на участии граждан. Таким образом, институты местного самоуправления, несмотря на их изначальную ограниченность, сыграли неоценимую роль в подготовке почвы для будущих реформ и в формировании запроса на более демократическое устройство российского общества [2].
В дальнейшем, в период революционных потрясений и попыток построения нового государства, идеи и принципы, заложенные в деятельности земств и городских дум, продолжали оказывать влияние. Опыт самоуправления, пусть и в его зачаточном виде, стал ориентиром для тех, кто стремился к децентрализации власти и реальному участию граждан в управлении страной. Даже после кардинальных изменений политической системы, наследие этих первых институтов самоуправления оставалось важным элементом в осмыслении путей развития российской государственности и в поиске баланса между центральной властью и местными интересами [3].
Несмотря на декларируемое народовластие в советский период, реальное самоуправление в его дореволюционном понимании было сведено к минимуму. Однако, даже в условиях жесткой централизации, отдельные элементы и принципы, заложенные земствами и городскими думами, продолжали жить в народном сознании и проявляться в различных формах общественной самоорганизации. Позднее, с началом перестройки и демократизации, идеи местного самоуправления вновь обрели актуальность, став одним из ключевых направлений реформирования политической системы. Опыт земств и городских дум, пусть и прошедший через призму десятилетий, послужил важным историческим прецедентом и источником вдохновения для тех, кто стремился к возрождению подлинного народовластия на местах.
Таким образом, история земств и городских дум представляет собой не просто хронологию развития административных реформ, но и сложный, многогранный процесс формирования гражданского общества и политической культуры в России. От скромных начинаний в решении локальных хозяйственных вопросов до активного участия в общественно-политической борьбе за демократические преобразования, эти институты продемонстрировали свою жизнеспособность и значимость. Их наследие, несмотря на все перипетии российской истории, продолжает оставаться актуальным для понимания современных вызовов и перспектив развития местного самоуправления в стране, напоминая о важности децентрализации власти, гражданской активности и реального участия народа в управлении своим государством [4].
Вся система кардинально поменялась после 1917 года. Советы пришли на смену земствам и городским думам и стали органами государственной власти. При этом сохранялись фрагменты общественного самоуправления в виде общих собраний, сельских сходов, домовых и уличных комитетов. Но уже к концу 1920 года была сформирована жёсткая централизованная вертикаль власти, которая не оставила места для реального общественного самоуправления. Некоторые формы общественной самоорганизации начали своё возрождение в средине 1950-х годов, которые оставались подконтрольными партии.
Конец 1980-х годов – это начало нового этапа экспериментальных форм гражданской самоорганизации. Началом истории ТОС считается 1988 год. Участники ТОС занимались благоустройством и гражданским просвещение. Первый ТОС был создан в московском районе Братеево [5].
Законом СССР «Об общих началах самоуправления и местного хозяйства в СССР» ТОС впервые был признан элементом системы местного самоуправления. При этом местные Советы получили право на передачу части своих полномочий органам ТОС, которые наделялись правами юридического лица [6].
В 1991 году был принят Закон РСФСР «О местном самоуправлении в РСФСР». В законе чётко регламентировались ТОС, включая формы непосредственной демократии и сами органы ТОС. Так они действовали до 1993 года, в котором Совет народных депутатов лишил ТОС механизмов реализации решений и превратив их в консультативные структуры. И только в 1995 году Федеральным законом «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ » ТОС был определён одной из форм участия населения в осуществлении местного самоуправления [7]. Более чёткое определение ТОС, порядок его организации и осуществления был дан принятым в 2003 году Федеральным законом №131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ » [8].
К 2024 году система территориального общественного самоуправления (ТОС) в Российской Федерации достигла беспрецедентного уровня географического охвата, интегрировавшись в административную структуру всех без исключения субъектов страны. Этот масштабный охват свидетельствует о признании важности локальных инициатив и стремлении государства децентрализовать управление на уровне ближайшего окружения граждан — улиц, кварталов, сельских поселений и малых городов. Однако за фасадом количественных показателей скрывается глубокая структурная напряженность: развитие института ТОС сегодня сталкивается с комплексом системных проблем, которые тормозят его трансформацию из формальной структуры в эффективный инструмент гражданского управления [9].
Первой и наиболее фундаментальной преградой остается недостаточная правовая определенность. Несмотря на наличие федерального законодательства, регламентирующего основы ТОС, оно часто носит рамочный характер, оставляя ключевые аспекты деятельности на усмотрение региональных и местных нормативных актов. Это приводит к фрагментарности правового поля: в разных субъектах РФ одни и те же вопросы — от порядка регистрации устава до прав на участие в распределении бюджетных средств — регулируются по-разному, что создает правовую неопределенность для самих активистов и затрудняет тиражирование успешных практик. Отсутствие единых, четко прописанных федеральных стандартов взаимодействия порождает юридические риски для членов ТОС, которые могут быть привлечены к ответственности за действия, формально не нарушающие закон, но противоречащие локальным трактовкам.
Второй существенной проблемой является сложность и часто конфликтный характер взаимодействия между представителями ТОС и органами местного самоуправления (ОМСУ). На практике это выражается в бюрократических барьерах, нежелании чиновников делегировать реальные полномочия или передавать часть финансовых ресурсов на местные нужды. Вместо партнерской модели сотрудничества, предполагающей совместное планирование и реализацию проектов, нередко возникает патерналистская схема, где ОМСУ рассматривает ТОС не как равноправного партнера, а как инструмент для мобилизации электоральной поддержки или выполнения разовых поручений. Это приводит к тому, что многие инициативы «зависают» на этапе согласования, а ресурсы, выделяемые на софинансирование местных проектов, оказываются недостаточными или привязанными к сложным, непрозрачным процедурам отчетности.
Третьим критическим фактором выступает острая нехватка ресурсов — как финансовых, так и организационно-кадровых. Бюджеты большинства ТОС формируются за счет грантов, субсидий или пожертвований, что делает их деятельность нестабильной и зависимой от внешних факторов. Отсутствие стабильного финансирования лишает инициативные группы возможности планировать долгосрочные проекты по благоустройству, социальной поддержке или культурному развитию. Кроме того, наблюдается дефицит профессиональных компетенций: члены ТОС, будучи энтузиастами, часто не обладают навыками проектного управления, работы с госзакупками или ведения финансовой документации, что снижает эффективность их деятельности и доверие к ним со стороны населения [10].
Наконец, существенным ограничением остается низкая активность и апатия значительной части граждан. Многие жители воспринимают ТОС как формальную структуру, не влияющую на качество их повседневной жизни, или не видят в ней возможности для реального участия в принятии решений. Это приводит к «старению» активистов, когда круг активных участников сужается до небольшой группы пенсионеров или местных лидеров, не отражающей всего спектра интересов сообщества. Низкая вовлеченность молодежи и среднего поколения усугубляет проблему преемственности, ставя под угрозу существование многих ТОС в долгосрочной перспективе [11].
Поэтому, для дальнейшего развития института ТОС необходимо не просто расширение географии его присутствия, а качественная работа по совершенствованию законодательства, выстраиванию диалога с властью, обеспечению ресурсной поддержки и, главное, повышению гражданской культуры и осознанности жителей.
Исходя из вышеизложенного прослеживается долгий и сложный путь развития территориального общественного самоуправления (ТОС) в России, начиная с его исторических корней и заканчивая современными вызовами, которые можно сформулировать тремя основными фактами:
1. Историческая преемственность и развитие:
• Глубокие исторические корни: идеи местного самоуправления и участия жителей в решении вопросов своей территории в России появились очень давно. Все началось еще с земств и городских дум XIX века. Ограничений там хватало, но именно они дали основу общественной мысли и гражданскому самосознанию.
• Пошаговое становление: ТОС развивался вместе с переменами в государственном устройстве и правовой системе. Сначала были первые зачатки в земствах и думах, потом советский период с во многом формальным народовластием, а затем современное закрепление в законе и попытки реально внедрить это в жизнь.
• Неослабевающее влияние: даже в годы жесткой централизации идеи самоуправления никуда не исчезали из общественного сознания. Они проявлялись в разных формах самоорганизации и служили ориентиром для будущих перемен.
2. Роль ТОС в гражданском обществе и государственности:
• Толчок к изменениям: земства и городские думы были не просто органами управления. Они дали сильный импульс развитию общественной мысли, усилили внимание к местным вопросам и поддержали инициативу снизу.
• Развитие политической культуры: работа этих институтов помогала укреплять гражданское общество, повышать политическую культуру и формировать спрос на более демократическое устройство.
• База для дальнейших преобразований: накопленный опыт и понимание необходимости перемен сделали представителей местного самоуправления заметными участниками политической жизни и повлияли на последующие общественные изменения.
3. Современные проблемы и будущее ТОС:
• Широкое распространение, но немало трудностей: к 2024 году ТОС получил очень широкое распространение по стране, но при этом столкнулся с рядом системных проблем, которые мешают ему стать по-настоящему действенным инструментом гражданского управления.
• Недостаточная правовая определенность: федеральные нормы остаются рамочными, а регулирование по-прежнему носит разрозненный характер.
В целом, статья отмечает, что история ТОС в России – это не просто хронология административных реформ, а сложный процесс формирования гражданского общества и политической культуры. Несмотря на все трудности и перипетии, наследие первых институтов самоуправления остается актуальным для понимания современных вызовов и перспектив развития местного самоуправления, напоминая о важности децентрализации власти, гражданской активности и реального участия народа в управлении своим государством [12].
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
1. Авакьян С.А. Конституционное право России: учебный курс. В 2 т. Т. 1. М.: Норма, 2014. 576 с.
2. Афанасьев В.Н. Местное самоуправление в России: история и современность. М.: Юристъ, 2001. 320 с.
3. Кокотов А.Н. Теория государства и права. М.: Юристъ, 2007. 512 с.
4. Гаджиев К.С. Россия: эволюция политического режима. М.: Логос, 2001. 320 с.
5. Пивоваров Ю.С. Политическая социология. М.: Академический Проект, 2006. 400 с.
6. Закон РСФСР от 27.12.1991 № 2154-1 «О местном самоуправлении в РСФСР»
7. Федеральный закон от 28 августа 1995 г. № 154-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»
8. Федеральный закон от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»
9. Авакьян С.А. Конституционное право России: учебный курс. М.: Норма, 2018. 912 с.
10. Шугров А.П. Теория государства и права: учебник. М.: Юрайт, 2021. 365 с.
11. Чернявский А.Д. Местное самоуправление в Российской Федерации: учебное пособие. М.: Юрайт, 2020. 318 с.
12. Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации. М.: Норма, 2020. 816 с.
Glushko S.I.
master's degree student of 3rd year
Faculty of Humanities, Economics and Law,
program «State and Municipal Administration»
Azov State Pedagogical University named after P.D. Osipenko
(Berdyansk, Russia)
TERRITORIAL PUBLIC SELF-GOVERNMENT IN RUSSIA:
EVOLUTION AND MODERNITY
Abstract: the article analyzes evolution of territorial public self-government in Russia and demonstrates its historical continuity with pre-revolutionary zemstvos and city dumas. It is revealed that effectiveness of modern territorial public self-governments is constrained by insufficient legal certainty and fragmentation of federal legislation. A direct dependence of sustainability of self-government institutions on degree of power decentralization and level of civic engagement is established.
Keywords: territorial public self-government, self-government evolution, zemstvo, city duma, civil society, political culture, power decentralization, self-organization, resource support, civic engagement, democratic system, local self-government, historical continuity, public initiative, budget funding, TPSG activist.
Полная версия статьи PDF
Номер журнала «Вестник науки» № 11 (104) том 1
Ссылка для цитирования:
ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ ОБЩЕСТВЕННОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ В РОССИИ: ЭВОЛЮЦИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ // Журнал «Вестник науки» от 1 ноября 2026 г. № 11 (104) том 1. С. 654 - 662. 2026 г. ISSN 2712-8849 // Электронный ресурс: https://www.вестник-науки.рф/article/33693 (дата обращения: 11.11.2026 г.)
Альтернативная ссылка латинскими символами: vestnik-nauki.com/article/33693
Нашли грубую ошибку (плагиат, фальсифицированные данные или иные нарушения научно-издательской этики) ?
- напишите письмо в редакцию журнала: zhurnal@vestnik-nauki.com
